«Заверните меня просто в газету»

6 января 1942 года под блокадным Ленинградом, в оккупированном нацистами Пушкине (до того в РСФСР — Детское село, в РИ — Царское село) от голода и холода скончался Александр Романович Беляев — один из основоположников советской научной фантастики, автор более 70 произведений, включая 17 романов. Его произведения отличались научной достоверностью и глубоким интересом к проблемам функционирования психики. Романы «Властелин мира», «Человек, потерявший лицо», «Ариэль» исследовали возможности науки и технологий, часто предвосхищая открытия. Его называли «русским Жюлем Верном» за вклад в развитие жанра и провидческие идеи, воплотившиеся в недалёком будущем.

Александр Беляев родился 4 (16) марта 1884 года в Смоленске в семье священника. С детства показал себя натурой творческой. Учился играть на музыкальных инструментах (особенно любил скрипку), рисовал, занимался фотографией, изучал редкие языки, в том числе, эсперанто. Главным увлечением мальчика было чтение: Александр читал дни напролёт. В основном приключенческую литературу.

Романтика приключений влекла мальчика: он лазал по деревьям, забирался в самые недоступные места. В подростковом возрасте Саша стал неистово мечтать о небе, причём мечта эта при третьей попытке реализоваться фатально отразится на его здоровье. Впоследствии мечта отрока Беляева воплотится в один из самых известных его романов — «Ариэль», который был издан в июне 1941 года.

Миф о Дедале и его сыне Икаре, а также о его многочисленных подражателях Икара, настолько заворожил Александра, что он решил во что бы то ни стало ощутить всю прелесть полета. Сначала Саша прыгнул с крыши сарая, привязав к рукам веники: обошлось. Затем он столь же успешно спрыгнул с крыши с большим зонтом. Третий прыжок должен был стать самым впечатляющим. Мальчик изготовил самодельный парашют из простыни и, забравшись на крышу, шагнул вниз. Беляев приземлился неудачно, прямо на спину. Травма стала роковой, оказала влияние на его взрослую жизнь. С 30-летнего возраста писатель испытывал сильнейшие боли в спине, из-за которых был практически парализован и месяцами не вставал с постели.

Роман Петрович Беляев мечтал, чтобы сын стал священником. В 1895 году Александр по настоянию отца поступил в Смоленскую духовную семинарию. В ней Беляев участвовал в театральных постановках на религиозные темы, что пробудило в нём актёрский талант. Окончив Смоленскую духовную семинарию Александр решил не становиться священником, поскольку религиозное образование сделало из него железного атеиста.

Александру удаётся устроиться в театр Смоленского Народного дома, в котором он служил с 1901 по 1902 годы, сыграв во множестве спектаклей. Когда актёрство надоело Беляеву, он сообщил отцу, что собирается уехать в Ярославль и подать там документы на поступление в Демидовский юридический лицей.

В Ярославле Александр Романович проучился до января 1905 года. Лицей ему закончить не удалось: в стране началась всероссийская забастовка студентов и власти временно отменили все занятия. Вернувшись в Смоленск, Беляев узнал, что отец смертельно болен. 27 марта 1905 года Роман Петрович, православный священник, настоятель храма Смоленской иконы Божией Матери скончался.

Смерть отца, который весьма прилично зарабатывал, сильно ударила по финансовому состоянию семьи. Александр, чтобы прокормить себя и мать, начинает работать репетитором, играет на скрипке в цирке. Небольшой ручеёк денег дают публикации в городской прессе: в смоленских газетах Александр публикует статьи о музыке.

Баррикадник, юрист, семьянин

Когда Первая русская революция достигла своего декабрьского пика, Беляев не смог находиться в стороне от этих событий. Александр отправляется в Москву, где принимает участие в стычках студентов с полицией, строит баррикады. В Москве Беляев знакомится с кружком социалистов-революционеров Корелина. Таким образом молодой человек попадает «на карандаш» к жандармам. В «охранке» Беляеву даже присваивают кличку «Живой».

В 1906 году Демидовский лицей снова распахнул свои двери для студентов. Александр едет в Ярославль, чтобы продолжить занятия. В 1909 году Беляев всё-таки окончил лицей и вернулся в родной Смоленск. Из жандармского отчета об обыске, который в том же году проходил у «взятого на карандаш» Беляева, удалось выяснить, что он состоял в смоленском эсеровском кружке, однако всего лишь ходил на встречи группы в городской библиотеке. Так как проверка и слежка не принесли плодов «охранке» и писатель остался на свободе, литературоведы заключили, что участие в активистской деятельности было для него скорее увлекательным приключением, нежели миссией. В родном Смоленске Александр Романович работает помощником присяжного поверенного (так в Российской империи называли адвокатов). В июне 1914 года Беляев сам становится присяжным поверенным, быстро приобретя репутацию одного из лучших юристов города.

Помимо юридической практики, Александр Романович активно занимается журналистикой. Ещё в 1910 году его приняли в штат газеты «Смоленский Вестник», а в 1913 году он стал секретарём редакции. Материальное благополучие Беляева, защищающего в суде лесопромышленников и других богатеев, резко возросло. Александр Романович снял отличную квартиру, со вкусом её обставил. Он покупает предметы искусства, например, картины, постепенно собирает великолепную библиотеку. Начиная с 1913 года Беляев начинает много путешествовать: Рим, Венеция, Флоренция, Париж…

За границей Беляев знакомится с молодой красавицей Верой Былинской, которая становится его женой.
Наконец-то сбывается и мечта о небе: в Италии Беляев совершает запоминающийся полёт на гидроплане.

В 1914 году Беляев оставил юриспруденцию и решил посвятить себя одной литературе. Однако вскоре Александр тяжело заболел туберкулёзом позвоночника и шесть лет был прикован к постели, из них три года пролежал в гипсе. Молодая супруга Вера в первый же год болезни заявила парализованному Беляеву, что она выходила замуж не для того, чтобы быть сиделкой. Уход жены, понятное дело, не поспособствовал улучшению состояния Александра Романовича. Но, воодушевлённый Великой Октябрьской социалистической революцией, писатель сумел при Советской власти вылечиться и вернуться к полноценной жизни.

Крым, корсет и первые стихи

1918 год Александр Романович встретил в Крыму, в Ялте. Сюда его с огромным трудом доставили транзитом через Ростов-на-Дону для лечения. В местной больнице Беляев пишет свои первые стихи. Немногим ранее в ростовской газете был опубликован первый фантастический рассказ Александра Романовича — «Берлин в 1925 году». В 1919 году он встречает Маргариту Константиновну Магнушевскую, которая в будущем станет его женой.

«Голый», по выражению Бабеля, 1921 год принёс Беляеву новое горе: от голода умерла мать начинающего писателя. Перед смертью эта женщина, отдававшая сыну последнюю корку хлеба, сказала: «Не сдавайся». И он не сдался, и дождался победы над недугом, однако не один, не сам по себе: помог ленинский декрет о крымских здравницах и домах отдыха, изданный тотчас после изгнания оттуда Врангеля. В том же 1921 году Беляева перевозят в дом отдыха в Гаспре, где местные врачи изготавливают ему уникальный целлулоидный корсет. Александр Романович, многие годы скованный гипсом, получает возможность двигаться. Это была победа!

Встав с постели, Беляев жаждет деятельности, хочет наверстать потерянное время. Александр Романович устраивается на должность заведующего Ялтинской школой-интернатом, затем — инспектором уголовного розыска. В качестве сыщика Беляев проявил себя с самой лучшей стороны: например, им была создана фотолаборатория, помогавшая раскрывать самые запутанные дела. Однако нагрузка в угрозыске была слишком велика для его физического состояния и Александру Романовичу пришлось перейти на должность библиотекаря. В 1923 году Беляев венчается в церкви с Маргаритой Магнушевской, и в том же году перебирается из Ялты в Москву.

Первые публикации

15 марта 1924 года вторая супруга подарила Александру Романовичу дочь Людмилу. К этому моменту Беляев служил в почтовом наркомате и подрабатывал, публикуя статьи и очерки в различных ведомственных журналах. В московский период своей жизни 40-летний уже Беляев начинает активно писать и публиковать художественную прозу — в основном, рассказы. Произведения писателя одно за другим выходят в журналах «Знание — сила», «Вокруг Света», «Всемирный следопыт».

Важнейшим моментом в писательском пути Беляева стала публикация в 1924 году в газете «Гудок» рассказа «Голова профессора Доуэля». Через год рассказ с сокращениями перепечатал «Всемирный следопыт». Рассказ был написан Беляевым на основе личного опыта: когда он лежал парализованный и загипсованный в Ялте, то представлял себя живой головой, лишённой тела. Понимая, что тема гораздо шире небольшого рассказа, Беляев постепенно перерабатывает «Голову профессора Доуэля» в роман. «Всемирный следопыт» с удовольствием публикует уже без сокращений это произведение в 1937-м.

В 1926 году — новый успех. В издательстве «Земля и фабрика» выходит первая книга писателя — сборник рассказов.

В период с 1926 по 1928 годы Беляев пишет и публикует в различных изданиях романы «Остров погибших кораблей», «Последний человек из Атлантиды», «Властелин мира» и «Борьба в эфире» («Радиополис»). В 1928 году Беляев как бы подводит черту под московским периодом своего творчества, публикуя роман «Человек-амфибия», принесший ему всенародную славу и ставший самым известным его произведением.

Ленинград, Киев, Мурманск

Зимой 1928 года после долгих сомнений Беляев перебирается с семьёй в Ленинград, и с этого момента он не занимается никакой другой деятельностью, кроме писательской. Книги Александра Романовича выходят часто, денег семье хватает. У Беляева рождается вторая дочь, Светлана.

Увы, счастье было недолгим: после большого перерыва дала знать о себе не побеждённая до конца болезнь. Суровая и сырая ленинградская погода усугубляет состояние писателя, и семья спешно перебирается в Киев, столицу Советской Украины, с более тёплым и сухим климатом. Однако и здесь ему и семье не становится лучше: в середине весны 1931 года у старшей дочери писателя, шестилетней Людмилы, был обнаружен менингит. 19 марта девочка скончалась. Через несколько дней тяжело заболела младшая дочь Светлана.

Эти события катастрофически отразились на и без того подорванном здоровье Беляева. В Киеве, в новой для него писательской и журнальной среде у Александра Романовича не было возможности публиковаться, и полупарализованный писатель с больной дочерью и женой был вынужден вернуться в Ленинград.
В этот момент неоценимую поддержку оказал журнал «Вокруг света», опубликовавший два новых романа Беляева («Подводные земледельцы» и «Земля горит») и выплативший писателю хороший гонорар.

В 1932 году Беляев с семьёй перебирается в Детское село (бывшее Царское село). В пригороде Александру Романовичу стало лучше, он стал печатать на машинке, даже ездил по редакциям, предлагая свои рукописи. Однако рукописи фантаста перестали идти нарасхват в журналах-«толстушках»: с разгоном мелких и неустанно враждующих меж собой литературных группировок (РАПП, ЛЭФ и пр.) и созданием единого Союза писателей СССР, после программной речи Горького при его учреждении, изменились тенденции. Соцреализм требовал запечатления и достойного действительности художественного осознания текущего бурного строительства нового общества: на стройках индустриальных гигантов («Время, вперёд!» Катаева, «День второй» Эренбурга, «Гидроцентраль» Шагинян, «Цемент» Гладкова, например), в ходе усиления классовой борьбы на селе, сплошной коллективизации («Бруски» Панфёрова). Фантастика как изображение образа общественно-потребного будущего временно отошла на второй план, чтобы вернуться на новом витке НТР в 1960-70-х.

В поисках заработка для содержания семьи Беляев возвращается к старой работе юриста. Для этого Александру Романовичу приходится поехать в Мурманск. Удивительно, но больной туберкулёзом позвоночника Беляев, которому врачи предписывали жить в тёплом климате, влюбляется в Арктику, посвящает Северу два замечательных романа — «Под небом Арктики» и «Чудесное око».

Пушкин, оккупация, молоко

В 1933 году Беляев возвращается в Ленинград, где публикуется в детских журналах «Чиж» и «Ёж», спасавших в те годы многих больших писателей и поэтов. В 1935 году Союз писателей наконец-то выделяет семье Беляева жильё — две комнаты в квартире на Петроградской стороне, которая ранее принадлежала Борису Житкову. «Вокруг света» берёт Беляева в штат, что позволяет наладить финансовые дела семьи. Болезнь всё ещё даёт себя знать, Александр Романович вынужден месяцами проводить в гипсе, лёжа в постели.

В 1938 году Беляев увольняется из журнала «Вокруг света». В Ленинграде писателю оставаться невыносимо из-за открытости его холодным морским ветрам, он снова возвращается в изолированный от них лесами пригород — в город Пушкин, таковым стало новое называние Детского села.

Наверное, последним радостным событием в жизни Александра Беляева стал выход сигнального экземпляра «Ариэля» — одного из самых светлых романов писателя. Александр Романович взял в руки книжку, отпечатанную в престижном издательстве «Советский писатель», 14 июня 1941 года, а уже через восемь дней началась война.

С началом Великой Отечественной войны и быстрым наступлением вермахта в направлении крупнейшего промышленного центра страны, города трёх революций, писатель отказался эвакуироваться из Ленинградской области вместе с другими членами Союза писателей СССР, поскольку здесь оставалась его семья и громадная, постоянно ему нужная библиотека: он дорожил писательским временем, не прекращал работы над своей прозой. 17 сентября 1941 года город Пушкин был оккупирован гитлеровцами. Вскоре пришла зима — одна из самых страшных в отечественной истории. В Пушкине людям было нечего есть, нечем было обогревать своё жильё.

Полгода блокады Ленинграда и оккупации западной части его области дались всем обитателям Пушкина не легче, чем всему Советскому Союзу агрессия гитлеровской Германии: выживали немногие, в основном те, кто шёл на сотрудничество с комендатурой оккупантов. Остальные жили впроголодь в неотапливаемых помещениях (немцы строго следили за использованием дровяных запасов только в своих домах).

6 января 1942 года советский фантаст умер в своей квартире от голода и холода. Свидетели вспоминали: «Писатель Беляев замёрз от голода у себя в комнате. Это абсолютно точное выражение. Люди так ослабевают от голода, что не в состоянии подняться и принести дров».

Из воспоминаний Светланы Беляевой: «Заняв город, немцы стали ходить по дворам, искать советских солдат. Когда они зашли к нам домой, я по-немецки ответила, что мама и бабушка ушли к врачу, а папа вовсе не солдат, а известный советский писатель, но встать он не может, потому что сильно болен. Это известие не произвело на них особого впечатления».

— Светлана Александровна, а почему вашу семью не эвакуировали из Пушкина до того, как в город вошли немцы?

— Отец уже много лет был тяжело болен. Самостоятельно передвигаться он мог только в специальном корсете, да и то на небольшие расстояния. Сил хватало, чтобы умыться и иногда поесть за столом. Остальное время папа наблюдал течение жизни с высоты… собственной кровати. К тому же незадолго до войны ему сделали операцию на почках. Он был настолько слаб, что об отъезде не могло быть и речи. Союз писателей, который в то время занимался эвакуацией писательских детей, предлагал вывезти меня, но и от этого предложения родители отказались. В 1940 году у меня начался туберкулёз коленного сустава, и войну я встретила в гипсе. Мама часто повторяла тогда: «Умирать, так вместе!» Однако судьбе было угодно распорядиться иначе.

— По поводу смерти вашего отца до сих существует довольно много версий. От чего всё-таки он умер?

— От голода. В нашей семье не было принято делать какие-то запасы на зиму. Если нужно что-то было, мама или бабушка шли на рынок и просто покупали продукты. Словом, когда в город вошли немцы, у нас было несколько пакетов с крупой, немного картошки и бочка квашеной капусты, которую нам подарили знакомые. Капуста, помню, была противная на вкус, но мы всё равно были очень рады. А когда и эти припасы кончились, бабушке пришлось идти работать к немцам. Она попросилась на кухню — чистить картошку. За это каждый день давали ей котелок супа и немного картофельной шелухи, из которой мы пекли лепёшки. Нам хватало и такой скудной еды, а отцу в его положении этого оказалось недостаточно. Он стал пухнуть от голода и в конце концов умер…

Дело ещё в том, что редко доставаемое для семьи фантаста молоко (а при туберкулёзе костей любой источник кальция — на вес золота) шло всё Светлане, такова была воля Александра Романовича.

Перед смертью Беляев завещал: «Не надо пышных похорон, заверните меня просто в газету». Гроб с его телом простоял в холодной комнате почти месяц, пока мародёры-соотечестввенники не сняли с покойного костюм. Родные не успели похоронить писателя: в феврале 1942 года его жену и дочь угнали в немецкие лагеря в Пруссию, где они провели три года, а после войны ещё 11 лет отбывали ссылку за Уралом*.

Беляев был похоронен в братской могиле на Казанском кладбище в Пушкине. Точное местонахождение его могилы, как и точная дата похорон — неизвестны. Памятная стела установлена на могиле его жены, которая была похоронена там же в 1982 году.

Из воспоминаний Светланы Беляевой:

— Некоторые исследователи полагают, что Александр Романович просто не вынес ужасов фашистской оккупации.

— Не знаю, как всё это переживал отец, но мне было очень страшно. Никогда не забуду повешенного на столбе мужчину с табличкой на груди: «Он был другом евреев». Казнить без суда и следствия в то время могли любого.

— Слышал, немцы не дали вам с матерью даже похоронить Александра Романовича…

— Папа умер 6 января 1942 года, но отвезти его на кладбище удалось не сразу. Мама пошла в городскую управу, и там выяснилось, что в городе осталась всего одна лошадь и нужно ждать очереди. Гроб с телом отца поставили в пустой квартире по соседству, и мама каждый день ходила его навещать. Через несколько дней кто-то снял с папы костюм. Так он и пролежал в одном белье, пока его не забрал могильщик. Многих людей в то время просто засыпали землёй в общих рвах, за отдельную же могилу нужно было платить. Мама отнесла могильщику какие-то вещи, и тот побожился, что похоронит отца по-людски. Правда, сразу сказал, что рыть могилу в мёрзлой земле не будет. Гроб с телом положили в кладбищенскую часовню и должны были похоронить с наступлением первого тепла (то есть он мог пролежать там два-три месяца, — прим. ред.). Увы, нам не суждено было этого дождаться: 5 февраля меня, маму и бабушку угнали в плен, так что хоронили папу уже без нас.

*Проживание за Уралом вернувшихся по окончании войны из Германии дочери и жены советского фантаста было обусловлено отнюдь не чрезмерным бдением НКВД (не будем же мы тиражировать миф, что всех репатриированных ссылали или сразу сажали в ГУЛаг). Упомянутая Светланой работа тёщи писателя на немцев не прошла бесследно: в городе появилась информация, что прекрасно, как и дочь, знающий немецкий язык Беляев якобы дал согласие сотрудничать с оккупантами на ниве пропаганды. И вроде бы даже ему было выхлопотано женой место санкт-петербургского (а нацисты вернули это название блокированному ими городу) корреспондента в некоей псковской газете Третьего рейха, издаваемой на русском языке. Якобы поэтому-то и появлялось в семье столь дефицитное тогда молоко. Правда, этот навет никак не стыковался с тем, что умер-то писатель от голода…

Скорее всего, это просто болтали злые языки. Однако у них был козырь: угнаны на работу в Германию Маргарита и Светлана были только после смерти Александра Романовича. «Органы» после войны, конечно, обязаны были проверить эту информацию, и на время выяснения всех подробностей семья поехала за Урал. Информация злых языков не была подтверждена никакими фактами (псковских публикаций за подписью Беляева, как и порочащих писателя записей в сохранившихся документах царскосельской комендатуры не обнаружилось), поэтому семья вернулась в Пушкин, вернулось вместе с ней и честное имя советского фантаста.

Антон ВОТРЕЧЕВ