28.09.2022

КОМУ ВЫГОДНЫ СПОРЫ О СУДЬБЕ СОЮЗА ПИСАТЕЛЕЙ?

Споры о судьбе и функциях Союза писателей начались в 1990-91 годах, и с тех пор более 30 лет движутся по замкнутому кругу. «А вот на Западе Союза писателей нет!». Есть многочисленные и слабосильные «пен-клубы» по интересам, нашу литературу либералы тоже пытались организовать по такому же принципу, отчего она стала «вдруг» умирать, превращаясь в совсем никакую…

Объясняю разницу: в России литература воспринимается и понимается, как священнодействие, служение, подобное храмовому. На Западе литература воспринимается как клоунада, шоу-бизнес. В зависимости от того, какую точку зрения вы разделяете – формируется и ваше личное отношение к Союзу писателей России.

Он однозначно нужен – если речь идёт о священнослужении, если литературный процесс сакрален. Точно так же ему не найти места в обществе, если литературный процесс – скоморошество, развлекательный жанр, в котором кто во что горазд. Разумеется, общенациональная и единая писательская организация уместна только там, где идейность и общественное служение автора первично, приоритетно по отношению к его развлекательному дару.

Идею противостояния художественности (как чего-то высокого) идейности (как чего-то низкого, примитивного) ввёл в мировое литературоведение Владимир Набоков. Писатель-эмигрант, потерявший национальные и социальные корни (а по сути, как аристократ высшей пробы, никогда таких корней и не имевший), по сути, лишь транслировал в литературную критику белогвардейщину по имени «непредрешенчество». Либерал и демократ, Набоков был чужд энергичным, деятельным, идейным монархистам (которые, к тому же, убили его отца «за либерализм»).

А Набоков перенёс это в литературоведение. Надо, мол, очистить «художественность» от «идейности», тут-то и получим мы высшие образцы художественного слова! Набоков такое выдумал не от хорошей жизни. Идеи, охватившие его собственный народ, ему очень не нравились, а своих идей у него то ли не было, то ли нельзя было обнародовать – вот он и придумал: надо превратить литературу в миражи опиумокурильни, напрочь оторванные от жизни, от волнующих людей злободневных вопросов…

А что, если наоборот? А что – если никому?! Однажды, пытаясь сформулировать для себя задачу творчества, я вывел такое правило талантливого писателя: «отразить колорит времени через призму вечности». Именно в таком сочетании, полагаю я, рождаются великие книги, увлекательные и полезные народу.

Художественное произведение трёхмерно, оно измеряется глубиной идей (поучений), остротой сюжетных поворотов (увлекательность) и красотой авторского языка. Иногда бывает, что книга очень умна, но языком корява (на это самокритично сетовал наш великий фантаст Иван Ефремов), иногда бывает авантюрно-увлекательна, но бездумна. Например, потрясающий сюжетист и оригинальный выдумщик Френк Герберт, автор романа «Дюна».

А ещё есть на свете великие мастера слова, стилисты от Бога, которых смакуешь, как дорогое выдержанное вино, наслаждаясь Таковы поздние произведения Ивана Бунина, весь Набоков, проза Мандельштама. Про Иосифа Бродского недоброжелатели говорили, что его стихи – «шлифованные до блеска костяшки мамонта», и понятно, что недоброжелатели имели в виду: сделано так тонко, что не поймёшь, как? Однако ж и зачем делал – тоже не поймёшь…

Если мы возьмём высшие достижения русской литературы, например, Фёдора Михайловича Достоевского, – то там «три в одном». Достоевский умел выразить на языке лучше набоковского идеи, которые глубже Канта и Ницше, и умудриться при этом ещё завернуть детектив острее, чем у Конан Дойла!

В русской традиции писатель – прежде всего Учитель, Наставник, во вторую очередь – Друг, и только в третью – развлекающий нас в часы скуки затейник. Что касается Запада, то там иерархия ценностей выстроена наоборот. Там писатель сначала массовик-затейник, потом, если прошёл этот уровень и если мозгов хватит, – немножко Друг, и только в третью очередь – Учитель чего бы то ни было.

В этой разнице отношения кроется и разница в отношении к Союзу писателей. Для писателя в России первая задача – служение обществу, общественному благу. А вот выдающийся американский писатель Стивен Кинг неоднократно формулировал дело так: «Главная задача писателя – рассказать историю».

Святитель Филарет Московский в своё время подтрунивал над ложными «исихастами», пытавшимися достичь близости к Богу дыхательными упражнениями. «Вообразите, – говорил прославленный святитель, – что я ваш друг и пришёл вас выслушать… А вы вместо того, чтобы по человечески рассказать мне, что вас волнует, стали вдруг принимать разные позы, дышать то в левую, то в правую ноздрю…».

Но именно такими «ложными исихастами» выглядит большинство (!) современных коммерческих авторов, которые вместо разговора с читателем о волнующей его реальности – выделываются перед ним в позах йоги и дыхательной гимнастики.

Если говорить предельно честно – то общенациональные Союзы писателей (как и других творческих профессий) есть отражение идейности в искусстве. Они нужны (и очевидно необходимы) там, где писатель рассматривается как служащий, и – в хорошем смысле слова – государственный служащий. Служение предусматривает координацию, иерархию, и – не будем закрывать глаза – мягкая иерархия Союза позаимствована была изначально из духовной сферы. Именно на таких принципах выборного, демократического централизма строятся традиционные церкви. Духовная сфера не может быть организована жёстко, как в армии, но и совсем не организованной она тоже быть не может – ибо превратится тогда через хаос в бездуховность.

Коммерческая литература вообще не нуждается… в авторе! Механицизм рекламной раскрутки таков, что совершенно неважно, как автор пишет и пишет ли он вообще. Неоднократно приходилось сталкиваться с ситуациями, когда писатель уже умер, и давно – но, поскольку издательство вложило деньги в раскрутку имени, оно находит «спичрайтеров», и книги покойного автора продолжают выходить, как ни в чём не бывало.

Пиар-компании превратили литературу в арену амбиций и произвола денежных мешков. Автору не только перестали платить гонорары, но и хуже того: у него выскребли личность, сводя всё к вопросу: «кто и сколько за твоё продвижение заплатит?». Финансово-промышленные и даже просто криминальные группировки соревнуются в «конструировании имён», зажигают фальшивые звёзды на фальшивом «литературном небосклоне», который они сами же и возвели в качестве декораций.

И если бы не голос Союза писателей – эти игрища стали бы единственной реальностью литпроцесса. Когда меняются не талантами, а толщиной кошелька и группами поддержки…

Александр ЛЕОНИДОВ, Уфа

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...