28.09.2022

Фёдор Чудаков, Амурец. Давайте знакомиться!

Сегодня Артель вольных критиков знакомит читателей «Литературной России» с жизненной и творческой судьбой писателя, забытого практически на сто лет, – «амурского Саши Чёрного», вычеркнутого не только из литературного процесса Дальнего Востока, но и общерусского контекста. В конце июня произошло знаменательное событие: в диссертационном совете Дальневосточного федерального университета (г. Владивосток) успешно прошла защита диссертации Н.А. Лаптевой «Художественный мир прозы Ф.И. Чудакова». Официальный оппонент – д.ф.н., профессор Михаил Михайлович Голубков – отметил «солидный теоретический арсенал работы» и содержание в ней «множества бесценных наблюдений».

Знакомьтесь, Фёдор Иванович Чудаков (1888–1918) – самый яркий автор Приамурья рубежа XIX–XX веков, публиковавшийся в благовещенских газетах «Амурский листок», «Амурский край», «Эхо», «Амурское эхо», «Народное дело» и журналах «Бузуй», «Колючки», «Зея», «Дятел, беспартийный» под псевдонимами Амурец, Босяк, Гусляр, Кузьма Резниченко, Фёдор Ч., Язва и др.

Родился будущий писатель в Чембаре Пензенской губернии, получил образование в церковно-приходской школе, затем в городском училище. Вследствие «неблагонадёжности» и своенравия ему не удалось поступить в Пензенскую учительскую семинарию: учитель Закона Божия, он же объект едких эпиграмм Чудакова, не дал ему рекомендательного письма. Однако это не помешало будущему литератору заниматься самообразованием. Творчество Амурца свидетельствует о его потрясающей начитанности и широком кругозоре. В годы Первой русской революции Ф. Чудаков вступил в партию социалистов-революционеров и начал вести пропагандистскую работу (составлял и печатал прокламации; «ходил в народ», призывал к выступлениям против угнетателей и эксплуататоров). Естественными последствиями стали арест, пребывание в следственных камерах, суд, приговор к трём годам сибирской ссылки; снова камеры, теперь уже пересыльные, жизнь в деревне Червянка Енисейской губернии, побег в Красноярск, затем с ещё одним беглым ссыльным Дмитрием Чернышёвым и его невестой Варварой Протопоповой – в Благовещенск, где Чудакова ждали арест, тюрьма, гласный надзор полиции. Такая «школа жизни» дала писателю обширнейший материал для художественного осмысления человеческого бытия.

Творческий путь Амурца насчитывает всего десятилетие. Однако он пришёлся на эпоху грандиозных социальных потрясений. Масштабные исторические события (Первая мировая война, две революции – Февральская и Октябрьская, гражданская усобица), коренная ломка прежнего уклада жизни, изменения в сознании «нового» человека – обстоятельства, в которых формировался и раскрывался талант автора. Окружающая действительность явилась одним из важнейших факторов, оказавших воздействие на систему взглядов Чудакова. События жизненного пути, художественно преображённые, вплетались в произведения, наполняя их чертами автобиографичности.
Автобиографический материал в произведениях Ф.И. Чудакова осваивается не только в бытовом, но и в бытийном плане.

От использования автобиографизма автор не отходит на протяжении всего творчества, однако применяет его с разной степенью интенсивности. В ранних произведениях (1909–1911) – «зарисовках с натуры» – писатель размышляет о «маленьком человеке» и его бесправном положении в обществе, требующем социальных преобразований. Постепенно Чудаков приходит к пониманию, что в первую очередь необходимо совершенствовать нравственное «устройство» самого человека: в более поздних произведениях (начиная с 1912 г.) через частные случаи изображает типическое, художественно обобщает жизненный материал и транслирует универсальные ценности.

Например, экспериментальный, тяготеющий к эстетике экспрессионизма трёхчастный рассказ «Смех» (1911), в котором писатель изображает нравственный феномен: главным критерием духовности героев становится объект их смеха. Первая миниатюра представляет собой описание издевательств арестантов над беззащитной крысой; вторая – показывает отношение арестантов к одному из заключённых, который не достоин сочувствия в силу совершённого им чудовищного преступления; третья – доброе и благодарное обращение с тюремным котом, который умеет выполнять различные команды. Смех в рассказе представлен многолико: как зверство, как выражение ненависти и презрения, как форма наказания, как добродушная забава.

В силу политических и идеологических причин память о Ф.И. Чудакове после его трагического ухода намеренно вытеснялась. Как писал современный исследователь А.В. Урманов, введший имя Федора Чудакова в научный оборот, «укрепившие свою власть большевики воспринимали (и не без веских на то оснований) Чудакова как своего принципиального и крайне опасного идейного противника, изнутри, из революционного лагеря, подрывавшего их авторитет».

Решение Ф.И. Чудакова было страшным и для современного читателя необъяснимым. Трагические последствия Октября 1917 года – междоусобная бойня, развязанная большевиками, – ускорила разочарование автора в действенности социальной революции. Произошла переоценка ценностей, сомнения зародились ещё после Февраля: способны ли социалистические партии изменить мир к лучшему, в силах ли повлиять на нравственное совершенствование людей? Жесточайшее подавление Гамовского мятежа (6–13 марта 1918 года) в Благовещенске, свидетелем которого был Ф.И. Чудаков, стало для него и всей семьи последним нравственным испытанием и непреодолимым рубежом: «Уходим от вас честными и чистыми: на наших руках нет крови» (из предсмертной записки Чудаковых).

После десятилетий забвения первым учёным, вспомнившим о Ф.И. Чудакове, стал Анатолий Васильевич Лосев (1927–2002), основатель литературного краеведения Приамурья. В 1980-х он работал над статьёй о сатирике; в 2007 году в архиве литературоведа был обнаружен этот далёкий от завершения материал – и в результате тщательной текстологической работы его удалось «собрать» и опубликовать.

С целью возвращения творческого наследия Амурца из забвения некоторые из его произведений перепечатывались в альманахе «Амур», в том числе лирические стихотворения из сборника «Пережитое», который вышел в 1909 году под псевдонимом Босяк и до недавнего времени считался утраченным. Здесь же, в альманахе, в 2009 году появился материал о том, как был найден ещё один считавшийся бесследно исчезнувшим сборник Ф. Чудакова – «Шпильки», изданный в том же 1909-м под псевдонимом Язва.

Основы научного осмысления творчества Ф.И. Чудакова заложил Александр Васильевич Урманов, профессор Благовещенского государственного педагогического университета. В 2011–2013 гг. возглавляемая им кафедра занималась подготовкой материалов о Ф.И. Чудакове для энциклопедии литературной жизни Приамурья. В энциклопедии представлено несколько статей, связанных с именем Чудакова: освещены разные грани его творчества, описаны периодические издания, в которых он печатался или был редактором.

В ходе исследовательской работы, продолжающейся по сей день, А.В. Урманову удалось установить точную дату рождения «амурского Саши Чёрного», прояснить некоторые подробности его жизни в Благовещенске; отыскать в региональных и общероссийских библиотеках, музеях и архивах произведения Чудакова. Также исследователь выступил составителем, редактором и комментатором двух книжных изданий произведений Амурца. Первое появилось в 2016 году во Владивостоке (издательство «Рубеж»); второе – двухтомное – вышло в свет в 2019 году в Москве (издательство «Русский путь»). В нынешнем году в Благовещенске презентована хрестоматия произведений амурских авторов для школьников, в которую включены избранные произведения Ф. Чудакова.

Благодаря выходу в свет этих изданий многоплановое, многогранное творчество Ф.И. Чудакова (сатира, лирика, проза, драматургия) стало доступно широкому кругу читателей. Разнообразные в жанровом и идейно-тематическом плане произведения, воплотившие особый ценностный опыт писателя, требуют глубокого осмысления – возникает насущная потребность определить место творчества Ф.И. Чудакова в контексте не только регионального (амурского и – шире – дальневосточного), но и общенационального литературного процесса начала XX века. Что нам и предстоит сделать.
Будем считать знакомство состоявшимся! Продолжение следует.


Н.А. ЛАПТЕВА, кандидат филологических наук, Благовещенск

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...