06.12.2022

СЕРДЦЕ – СЕРДЦУ

В Пушкинском заповеднике «Михайловское» прошла Третья Школа критики

На этот раз организаторы решили выехать за пределы Ясной Поляны, в результате чего программа обогатилась экскурсиями и оказалась даже более насыщенной, чем во Второй Школе. За пять дней участники посетили местные достопримечательности: побывали на могиле Пушкина в Святогорском монастыре, сходили к домику Довлатова, съездили в три усадьбы. В рассказах музейных работников сквозила любовь к Пушкинским горам и предкам поэта – и экскурсии вышли на редкость увлекательными. По музею-усадьбе «Петровское» экскурсию провела Л.В. Козмина – кандидат филологических наук, автор научных работ «Автобиографические записки А.С. Пушкина 1821–1825 гг. Проблемы реконструкции», «Петровское. Пушкин и Ганнибалы», «Петровское: Поэт и прадед», ряда статей о музейном деле и культуре. В ходе экскурсии гости увидели не только внутреннее убранство комнат, но и неопубликованные рукописи – материал исследований.

Георгий Николаевич Василевич – директор заповедника, всех музеев, в которых мы были (и Михайловское, и Тригорское, и Петровское – и многих других, где мы не успели побывать). Нужно быть особенной личностью, чтобы так страстно заниматься музейным делом, и очевидно, что и Георгий Николаевич – такой человек: сильный характером и одновременно добрый. Мне как человеку, который вырос в музее и знает много музейный работников, это всегда бросается в глаза.

Анастасия Толстая,
куратор Школ критики, литературовед, переводчик, кандидат филологических наук. Праправнучка Л.Н. Толстого

При упоминании слова «школа» у среднестатистического читателя всплывает ассоциация со стандартами ЕГЭ, курсами по креативному письму, соц. заказом и всевозможной графоманией. Тем удивительнее Школа критики, которая и программой, и атмосферой, в которой проходили занятия, ломает все стереотипы о творческих съездах. Пять дней интенсивной работы, экскурсий и увлекательного общения пролетели как одно мгновение и подарили богатый материал для статей и воспоминаний. Ни один день не обошёлся без лекций: авторы охватили целый ряд имён от 18-го века до современности.

Мастера провели несколько семинаров, на которых разбирали работы участников. Свободное время проходило в выполнении заданий и общении. Участники предыдущих двух съездов анализировали прозу, поэтому третья Школа отличалась не только предметом, но и методами работы: статьи глубиной поставленных задач приближались к литературоведческим исследованиям. Недаром в эссе «О критике» и стихотворении «Румяный критик мой…» (1830 г.), помещённых в задание отборочного тура, Пушкин воссоздаёт образы критика и возражающего ему лирического героя. Отдельной темой для обсуждения стал вопрос разграничения лирики и эпоса: роды литературы сопоставлялись не только в формальном ключе, но и с точки зрения их функционирования в современном литературном процессе.

В современной литературе выделился клан людей, которые пишут о поэзии. Они работают в других условиях, потому что поэзия – это не просто иная форма существования литературы. Это особый вид искусства, который совершенно не подлежит издательскому процессу, издательской логике, логике продвижения, логике гонораров, логике читательской популярности. Это нечто более застывшее, консервативное, ведомое немногим. Поэтому о поэзии пишут люди особой складки. Многие из них сами сочиняют стихи. Это важно: далеко не все критики прозы создают художественные произведения.

Дмитрий Бак, мастер Школы

В Школе приняли участие 19 литературных критиков из Нальчика и Мурманска, Краснодара и Новосибирска, Сарова и Петрозаводска, Петербурга и Москвы. Географический охват почувствовался уже в первый вечер, во время чтения стихов любимых поэтов: помимо знакомых «столичных» имён, звучали строки на украинском, кабардино-черкесском и других языках.

Самое главное в Школе критики – это слушатели. Многие из тех, кто в эти дни был в Михайловском, имеют авторитет: они известны, их работы интересны. Важно, что среди участников были люди очень широкого диапазона основных занятий: был, например, юрист, и были филологи, которые специализируются по новейшей литературе – это минимальная дистанция от критики.

Дмитрий Бак

Безусловно, атмосфера Школы сложилась благодаря мастерству преподавателей. На занятиях с критиками поэзию анализировали Павел Крючков и Дмитрий Бак, Евгений Абдуллаев и Борис Кутенков, Владислав Отрошенко и Елена Погорелая. Главный признак талантливого педагога – не столько изложение информации, которую при нужной степени любознательности можно найти самостоятельно, сколько умение передать жажду знания ученику. В Третьей Школе этот принцип стал основой. Съезд объединил, без преувеличения, одержимых своим делом литераторов: лекции читались с упоением, с бурной жестикуляцией и блеском в глазах.

Семинары, посвящённые разбору текстов участников, выливались в увлекательные дискуссии о литературном процессе, из которых на пятом часу обсуждения группу вытаскивало лишь шутливое замечание одного из мастеров: «Божество моё проголодалось уже второй раз». И все понимали, что после ужина с удовольствием вернутся к разговору. Анализ статей лишний раз подтвердил то, что уже было заметно во Второй Школе: каждая работа воспринималась как уникальный текст, ведущие семинаров демонстрировали редкую гибкость мышления, находили сильные стороны текста и аргументированно оспаривали слабые.

Большинство мастеров представляют печатные и электронные периодические издания или проекты, которые могут стать площадкой для публикации текстов слушателей Школы. Поэтому Школа критики – это не только ступень в формировании профессиональных критиков нового поколения, но и способ конкретной их реализации. По итогам работы в Школе будет издан коллективный сборник.

Дмитрий Бак

Итак, дискуссии сопровождали каждое занятие. Лекция Елены Погорелой «Графоман, эпигон, поэт: как в этом разобраться поэтической критике?» быстро переросла в спор о границах между периодом ученичества и патологическим подражательством. Доклад главного редактора журнала «Prosodia» Владимира Козлова окончился жаркой дискуссией о литературном каноне: Д. Бак, П. Крючков и лектор больше получаса выясняли, кто формирует литературный канон, насколько канон управляем и применимо ли это понятие по отношению к поэтам-современникам.

Важно, чтобы все общались на равных: мы все занимаемся одним делом. Хотелось тёплого общения без разрыва между мастерами и участниками. Я очень переживала из-за этого, но, по-моему, всё получилось. Были жаркие споры, но их вели люди, которые уважают друг друга, а это очень важно – уважать позицию, даже если она отличается от твоей. Мастера прекрасно дополняли друг друга. Поэтому занятия вышли интересными, многогранными.

Анастасия Толстая

Атмосфера, которую удалось создать в Школе, решила многое. Важная для организаторов задача – обеспечить знакомство и общение литераторов из разных регионов – выполнена успешно уже в третий раз. Отзывчивость мастеров, их искренний интерес к работам критиков, готовность судить автора «по законам, им самим над собою признанным», обусловила выход рабочего процесса за пределы пятидневного съезда: общение продолжается в соцсетях, семинары переместились в чаты, а идеи нашли сообщников и продолжают развиваться с тем, чтобы вылиться в серьёзные статьи. Школа оказалась не кузницей по подготовке штампованных кадров, а проектом, который, по отзывам большинства участников, действительно возвращает веру в творческие съезды. Хочется верить, что этот опыт будет иметь продолжение.  

Мария ТУХТО, Артель критиков

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...