Автор: Всего каких-то 88 лет назад, 28 апреля 1938 года органы НКВД арестовали физика Льва Ландау. Его антисоветчики, а заодно и «патриоты» (которые за Россию без большевиков), неизменно упоминают в числе невинно «заживорепрессированных» — в ряду с Королёвым и Туполевым. Однако обратимся-ка к фактам.
К тому времени Ландау был молодым, подающим надежды физиком, далеко не обделённым добрым вниманием властей страны. Окончив в 1927 году физическое отделение физико-математического факультета Ленинградского университета, Ландау стал аспирантом, а в дальнейшем сотрудником Ленинградского физико-технического института (директором которого был А. Ф. Иоффе), в 1926—1927 годах опубликовал первые работы по теоретической физике.
Почти сразу же в 1927 году 19-летний Ландау вносит фундаментальный вклад в квантовую теорию — вводит понятие матрицы плотности в качестве метода для полного квантово-механического описания систем, являющихся частью более крупной системы. Это понятие стало основным в квантовой статистике.
С 1929 года по 1931 год находился в научной командировке для продолжения образования в Германии, в Дании у Нильса Бора, в Англии и Швейцарии. Там он встретился с Альбертом Эйнштейном, работал вместе с ведущими физиками-теоретиками, в числе которых был Нильс Бор, с тех пор Ландау его считал своим единственным учителем.
Работая в Копенгагене, Ландау постоянно общался с выдающимися и молодыми, как он сам, физиками — Гейзенбергом, Паули, Пайерлсом, Блохом, Вигнером, Дираком. Работая у Бора, он выполнил классическую работу по диамагнетизму электронного газа (диамагнетизм Ландау) и (совместно с Р. Пайерлсом) — по релятивистской квантовой механике. В 1931 году по окончании командировки вернулся в СССР.
В апреле 1938 года Ландау в Москве редактирует написанную М. А. Корецем листовку, призывающую к свержению советского правительства, в которой Сталин называется фашистским диктатором. После подавления в мае 1937-го Военно-фашистского заговора Тухачевского и Ко — одна эта формулировка звучала как приговор самим себе.
Представляете себе такой документик? Да ещё среди тех, в кого пролетарское государство вложило столько средств и надежд, по заграницам обучало… Только что, в марте 1938-го, в Доме Союзов прошли открытые заседания по делу Право-троцкистского блока, где звучали самообличительные выступления Ягоды и Бухарина и беспощадно-точные выводы Вышинского, а тем временем рядышком, на Моховой же, в МГУ — студенты пишут и редактируют вот такое!
Текст листовки был передан антисталинской группе студентов ИФЛИ для распространения по почте перед первомайскими праздниками. Это намерение было раскрыто органами госбезопасности СССР (НКВД). Ландау, Кореца и Ю. Б. Румера утром 28 апреля 1938 года арестовали за антисоветскую агитацию. 3 мая 1938 года Ландау был исключён из списка сотрудников ИФП.
В тюрьме Л. Ландау провёл всего один год и был выпущен благодаря письму в его защиту от Нильса Бора и непосредственному вмешательству П. Капицы, взявшего Ландау «на поруки».
П. Капица писал:
«Прошу освободить из-под стражи арестованного профессора физики Льва Давидовича Ландау под моё личное поручительство. Ручаюсь перед НКВД в том, что Ландау не будет вести какой-либо контрреволюционной деятельности в моём институте, и я приму все зависящие от меня меры к тому, чтобы он и вне института никакой контрреволюционной работы не вёл. В случае если я замечу со стороны Ландау какие-либо высказывания, направленные во вред Советской власти, то немедленно сообщу об этом органам».
После собственного «педагогического» ареста молодой физик узнал и за что на самом деле арестовывали его отца. Согласно рассказу отца в 1929 году, он, Ландау Давид Львович, необоснованно был арестован по обвинению во вредительстве, но вскоре был освобождён (отметим, что кампания борьбы с вредителями началась позже — со знаменитого «Шахтинского дела», — и во всю ширь развернулась только в 1930-х). Но на самом-то деле Давид Львович Ландау был задержан за уголовные правонарушения: незаконные операции с драгоценными металлами и их хранение. Банальная «уголовка».
После проведённой беседы с задержанным и по завершении расследования дела Давида Ландау, работники органов, предупредив что в следующий раз гуманизма пролетарской Фемиды ждать не стоит, отпустили его на свободу. Отцу, видно, неудобно было честно и откровенно сознаваться перед сыном (который в это время находился в научной командировке за границей) в своей элементарной и постыдной уголовщине, он придумал более «благородную» причину своего ареста…
Кстати, этот арест ни в коей мере не отразился на самом Льве Ландау. Ибо «кадры решают всё» и «сын за отца не отвечает» — всё это железно работавшие тогда принципы, слова того самого Сталина, которого позже Ландау-сын будет винить в своих злоключениях… Его не отозвали в страну, ниоткуда не уволили, и тем более не отправили в Сибирь, как «обычно поступали с арестованными в то время» по словам самих «невинно пострадавших».
Он продолжал учиться и работать за границей. Но в последствии, как мы видим, Ландау решил поизощрённее, поумнее «отомстить» за отца, что и привело к аресту в 1938 году. Однако после скорого освобождения он продолжил научную работу и не распространялся о причинах своего ареста.
И только в 1964 году, через 11 лет после смерти И. В. Сталина, после выноса его тела из Мавзолея и захоронения за ним (сперва без бюста, просто под мраморной плитой) — он, Лев Ландау, уже академик и нобелевский лауреат, вспоминал:
«По нелепому доносу я был арестован. Меня обвиняли в том, что я немецкий шпион. Сейчас это иногда кажется мне даже забавным, но тогда, поверьте, было совсем не до смеха. Год я провел в тюрьме, и было ясно, что даже еще на полгода меня не хватит: я просто умирал. Капица поехал в Кремль и заявил, что он требует моего освобождения, а в противном случае будет вынужден оставить институт. Меня освободили. Вряд ли надо говорить, что для подобного поступка в те годы требовались немалое мужество, большая человечность и кристальная честность».
То есть он стал преподносить себя как невинную жертву, пострадавшую «необоснованно». Вот вам «кристальная честность» и «осуждение по доносу». А теперь их потомки вещают нам о «кровавом сталинском режиме», его несправедливых и даже «внесудебных» репрессиях…
Евгений ИВАНОВ
От редакции: То, что воспоминания учёного Ландау о собственном краткосрочном заключении «подредактировались» в связи с хрущёвской кампанейщиной точно так же, как отцовские о собственной «льготной уголовке» — нет сомнений. Даже такие великие умы — предельно социальны, то есть в высказываниях учитывают ту самую «готовность категорий» (это из психологии), которую формируют до них другие «высокие» высказывания и в целом — общественный консенсус.
Была мода троцкистско-бухаринского толка именовать Сталина фашистским диктатором (на этом же погорел и Александр Зиновьев, который впоследствии не скрывал намерений его ячейки не как-то там обозвать, уязвить, а просто убить Сталина, что не удалось в 1931-м белоэмигрантам) — Ландау шёл в той струе. Пошла мода на невиннорепрессированность — оказался и тут интересным экземпляром.
Но мы должны рассказать о нём ещё кое-что, разъясняющее некоторые диссидентские тенденции последующих десятилетий. То, что стало потом «стильно» в рамках антисоветского, либерального инакомыслия…
Лев Ландау, оказавшись в тюрьме по очень серьёзному поводу (что он, будучи человеком редкого ума, понимал — это был как раз пик борьбы НКВД с контрой, — а ещё и борьбы внутри НКВД, — что рядовые граждане СССР узнают позже, по снятии Ежова и замене его Берией) понял, что возможно дни его сочтены, а он, такой уникальный и умный (что правда) не оставил на Земле никакого, даже внебрачного потомства. Некогда было — всё время отнимала наука… И вот тут в его мировоззрении случился примерно тот радикальный излом, что был бегло описан в рефлексивном рассказике Прилепина (название какое-то серое, незапоминающееся) года так 2010-го о себе-любимом, испытывающем после сильной алкоголизации в Москве в поезде по пути в Питер нестерпимое… «желание размножиться». Именно так: когда кажется спьяну, что заснув можешь и не проснуться (потом, то ли во сне, то ли наяву он видит призрак давно покинувшего мир проводника). Так вот: Ландау за год, что провёл в тюрьме (а и до тюрьмы доносились новости о репрессиях, о приговорах — контру очень умную и разветвлённую приходилось выкорчёвывать тогда, чтоб война не началась, как хотели Тухачевский и его «коллеги» немецкие в 1937-38-м), радикально «озаботился» прежде отложенной темой продления рода и общения с прекрасным полом.
Его коллеги рассказывают о фантастической, возведённой в принцип и своего рода философию, мировоззрение «озабоченности» великого учёного. Казалось, что в доступной ему, его едкому юмору и советам сексуальной сфере ближайших научных сотрудников пытался он произвести все те радикальные перемены, что не удалось в 1938-м. Разрушать семьи при малейшей возможности, плодить «горизотальные связи», культивировать по-буржуазному «свободную» любовь…
Не «внешние» социальные условия бытия (которые тогда, как честно признал в марте 1938-го в Доме Союзов Бухарин, сводились бы неизбежно к разрушению СССР и реставрации капитализма на его островках, частично — на Украине как протектората нацистской Германии, по их с Тухачевским проекту) разрушить — так разрушить в учёной среде советскую нравственность, которая хоть и формировалась как антитеза дореволюционным патриархальным нормам, но многое всё же унаследовала из-за постулата «семья — ячейка общества». Например, публично в лаборатории обсуждая предстоящие отпуска своих коллег-мужчин Ландау непременно и демонстративно давал на месяц больший отпуск тем, кто ехал в Крым с любовницами… И это лишь малый штрих. Об этой стороне личности Ландау написано немало книг воспоминаний — с цитатами, — благо работало с ним немало восхищённых его локальным половым вольнодумством учёных…
Ну, а потом была автокатастрофа, и учёный сам стал уникальным научным материалом для психофизиолога и нейрохирурга Александра Романовича Лурии (если Берия — значит Лурия, склоняем). Но это совсем другая история. Ибо там прежнего «озабоченного» тихого диссидента уже не было, личность восстановилась не вполне, наносное отпало.
Д.Ч.
Настоящее — ключ к прошлому.
Сколько чиновников высшего разряда шерстит Бастрыкин?! ))) Бедняга, подсунули ему Остера, подписал в суете не глядя, блогеры зачирикали, дураком выставили …
А ведь по всем этим замам, экс и вице высшая мера плачет, будь времена посерьёзнее, как в 30-е прошлого века.
Есть «невинно севшие», в самых близких ощущениях. Невинность, разумеется, со слов родственников, «жертв культа-личности». Самое распространённая причина — анекдот рассказал, например, ))) начальник эвакопоезда.
Многое становится понятным и в знаменитых книжных делах, причинах посадок известных учёных, конструкторов, после работы в научных центрах таких как НИИТепловыхПроцессов, МГеологоРазведочныйИнститут, ИАЭ им.Курчатова. ))) А уж в отделе по связям с общественностью Менатепа: Ирэн Нельсон, журналисты из МГУ, Пичугин, …
Нет, везде есть нормальные люди и их большинство, есть и стукачи. Даже и не скажешь, где больше. Нормальные — это те, которые посочувствуют «бузотёру» (академик Исаак Кушелевич Кикоин: Мне бузотёры не нужны»), но отскочат и прервут разговор при появлении начальства. Есть единицы, не от мира сего: подадут голос против, когда послушное молчаливое большинство разумно воздержалось.
Ландау. Культовая фигура в теоретической физике — науке экспериментальной! — за многотомный курс теоретической физики совместно с Лифшицем. Раскручен в соответствии с временем соответствующей этнической комплиментарности (и это тоже факт), когда эксперимента бежали, как чёрт от ладана.
«За три года у нас защищаются только теоретики»; «В конце-концов мы должны обратить внимание на моральный облик претендента на звание кандидата. Он подал заявление на смену своего научного руководителя» (ИАЭ им. Курчатова, доктор физ-мат наук Сенченков).
Обсуждение отчёта, опровергающего результаты лаборатории возглавляемой Эльдусом Сабировичем Хамитовым: «Я поставлю вопрос на парткоме института». (НИИТП)
Геологоразведочный институт: «Павел Петрович, а вы знаете Веселовский диссидент» — комсомольский секретарь Гера Лозовой секретарю парткома Макагонову. (МГРИ)
Из известных слухов: С.П.Королёв сел не просто так, а за нецелевое использование средств: мечтал о космических полётах, а надо было довести до ума «Катюшу». Челюсть сломали, так, наверное, плохо вёл себя на допросах. То, что силовик может врезать за плохое поведение — это тоже факт, а не из современных бандитских сериалов.
))) Амбициозность, себялюбие, зависть, сплетни, стукачество — это же не только в артистической среде, где эти грешки человеческой натуры, судя по «тайнам кино и театральным романам», зашкаливают.
Как бы там ни было, но не пожелаю Вам оказаться во власти «силовиков», которые не «просто так» челюсть ломают!
))) Когда «просто так» всё-таки не только больно, но ещё и обидно. Легче, когда знаешь за что могут, тогда можно и избежать неприятности.
только не силовики, а силовигархи — название существенно. они ведь упорно убеждали, что власти олигархов давно нет — даже Оливера Стоуна в этом убеждали-с непосредственно силовигарх №1 в типа-документальном кинце, за которое американцу очень много заплатили НАШЕЙ нефтью… наболтал ему Путятя богато…
но болтать можно что угодно, иерархия-то остаётся — вот это и есть идеализм. надевать грелку на туика. а материально они — силовигархи, начиная с Чемезова, Сечина и т.д.
«Ландау. Культовая фигура в теоретической физике — науке экспериментальной! — за многотомный курс теоретической физики совместно с Лифшицем»
Виталий, для меня Ландау — представитель идеалистической копенгагенской школы (основатель — Нильс Бор). По сути, один из тех ученых, что причастны к кризису современной теоретической физики.
Тов.Брежнев. К сожалению, я плохо разбираюсь в физике теоретической. Эксперимент и теория — две настолько разные стороны одной медали, что даже такие гиганты экспериментальной физики, как Коперник, должны были обращаться к гигантам обобщающих теоретических построений, как Ньютон, переводящих словесные формулировки открытых ими законов в формулы, облегчающие процесс практического использования и передачи знаний подрастающему поколению. Честно говоря, мне, чтобы творить в физике экспериментальной хватало физики теоретической в объёме дополнительных глав, читавшихся в инженерном вузе. Это была вполне «земная» физика в области тепломассообмена, лазерная, далёкая от фундаментальных проблем теоретической.
В курс Ландау Лифшица заглядывал, любопытно было, но не пригодился.
)) Пару раз обращался к теоретикам с просьбой помочь «начертить пару формул». Ответы были такими: Теоретик не половая тряпка, которой можно вытирать любую лужу; С вами экспериментаторами свяжешься, никогда не защитишься.