28.09.2022

Голос писательской «земли»

Тема социального положения писателя в современном обществе неоднократно поднималась на страницах «Литературной России». Постоянно идут дискуссии о том, как надо толковать понятие «литератор», чтобы внести его в государственный реестр профессий. Остаются крайне важными и многие другие вопросы, касающиеся нашего профессионального сообщества. Газета продолжает рассказывать о шагах, которые помогают решать накопившиеся вопросы. Созданная по решению Президента РФ АСПИ (Ассоциация Союзов писателей и издателей) буквально с первых дней своего существования занялась поддержкой перспективных творческих и социальных инициатив с мест. Одна из них – оказание адресной поддержки нуждающимся писателям, оказавшимся в кризисной ситуации. В марте состоялось первое заседание Комиссии по отбору получателей адресной помощи. В неё вошли Председатель АСПИ Сергей Шаргунов, представители четырёх ведущих союзов писателей России и Книжного Союза – учредителей Ассоциации.

Председателем Комиссии утверждён прозаик, главный редактор «Роман-газеты», член редколлегии «Литературной России» Юрий Козлов.

Наш корреспондент задал ему несколько интересующих всех писателей страны вопросов.

— Юрий Вильямович, почему вы, несмотря загруженность – писательский труд, руководство двумя журналами («Роман-газета» и «Детская Роман-газета»), лекции и встречи с читателями – приняли решение сотрудничать с АСПИ?

— Думаю, любой из нас, принадлежащий к писательскому цеху много лет, без труда перечислит вопросы, на которые хотелось бы иметь ответ. Да, кого-то издательство включило в коммерческий «оборот» и — хорошо, если без обмана – он имеет высокий и стабильный доход, и в бытовом плане у него все сложилось замечательно, он может работать без оглядки на множество проблем, которые преподносит жизнь. Но таких счастливцев явное меньшинство. В целом писательское сообщество как будто вычеркнуто из списков «тружеников», которые имеют и трудовые книжки, и пенсии, и заслуженные льготы. Вопросов много. Можно ли засчитывать стаж пребывания в творческом союзе как трудовой для расчёта пенсии? И если да, то в каком именно (а сегодня их десятки) союзе должен состоять писатель? Имеют ли право писатели, как социальная группа, на какие-либо преференции по линии Министерства труда и социальной защиты? Возможны ли для них льготы на медицинское обслуживание, путёвки в санатории и дома отдыха? Сохраняется ли право на дополнительную (сверх норматива) жилплощадь? Могут ли литераторы претендовать на пособия и стипендии со стороны государства?

— А кто виноват? Время? Власть?

— Писательское сообщество само отчасти виновато в сложившейся ситуации. Многомиллиардное имущество Литфонда СССР было утрачено и разворовано. Единый Союз писателей фактически распался. Издательства, литературные журналы стали собственностью частных лиц. Значительно, если не сказать катастрофически, снизился уровень требования к вступающим в многочисленные союзы литераторам. Чего ожидать, если членство в творческом союзе (по статусу – рядовой общественной организации) не даёт никаких преференций, а книжку за собственный счёт может издать кто угодно, если у него есть желание и деньги? В Союзе писателей СССР состояло около девяти тысяч профессиональных литераторов. Сегодня их на круг по всем союзам во много раз больше. Сколько среди них случайных, имеющих относительное отношение к литературе, людей? Значит, нужна ротация. Но как, кому и по каким нормативам её проводить? И как быть с тем, что государству проще и легче взаимодействовать с одной объединённой, а не со многими разнонаправленными в плане политических предпочтений писательскими организациями? А если так, то как быть с творческой свободой? Или – «back in USSR»?  Всё это – только вершина «айсберга» проблем, которые пытаются решить руководители союзов и государственные ведомства, осуществляющие регулирующие функции в литературном деле.

Важным шагом в структуризации разобщённого, разбежавшегося по «идеологическим квартирам» писательского сообщества явилось создание АСПИ.  Уверен, что наши усилия – дело благое.

            — Чем конкретно занимается Комиссия?

            — Как явствует из утверждённых правительством уставных документов, «адресной поддержкой, нуждающихся писателей, оказавшихся в кризисной ситуации». Сразу хочу сказать, что все четыре союза писателей и возглавляемый Сергеем Степашиным Книжный Союз (это учредители АСПИ) активно включились в работу Комиссии. В заседаниях принимают участие и Николай Иванов – Председатель Союза писателей России, и Светлана Василенко —  Председатель Союза российских писателей, и руководители московского и санкт-петербургского союзов – Евгений Сидоров и Валерий Попов. Все они хорошо представляют, сколько накопилось житейских и прочих писательских бед, именно к ним в первую очередь обращаются за помощью члены их союзов. В этом году речь идёт о распределении 50 выплат адресной поддержки писателям, оказавшимся в чрезвычайном положении: обострение болезни, срочная операция, потеря трудоспособности, необходимость ухода, разного рода бытовые трагедии и так далее. То есть помощь оказывается тем, кому она действительно жизненно необходима.

            — Как отбираются потенциальные получатели?

            — Этот вопрос всецело в руках руководителей союзов. Именно к ним обращается с ходатайством соискатель или (если сам не может) его родственники. Председатели союзов рассматривают ходатайство и принимают решение вынести вопрос на заседание Комиссии. Средства выделяются по линии государства, поэтому предварительно требуется собрать ряд документов, подтверждающих право на получение помощи. Их перечень – на столе у каждого председателя союза. На заседании Комиссии рассматриваются предложенные кандидатуры и принимается решение, как правило, единогласное. Комиссия заседает раз в месяц. Но возможны и экстренные, в случае необходимости, заседания.

Пока квоты на адресную помощь распределяются по союзам пропорционально, и это, как мне кажется, справедливо и разумно.

            — Кто определяет сумму адресной помощи?

            — Она, как и число получателей, определена специальным постановлением Правительства Российской Федерации. В 2022 году помощь будет оказана 50 литераторам. Размер выплаты тоже определён – 100 тысяч рублей. Конечно, нуждающихся писателей, особенно пожилого возраста, в России гораздо больше. В будущем, возможно, выделяемые из бюджета средства увеличатся.

            — Скольким писателям уже оказана помощь?

            — Её получили уже 16 человек, а всего в этом году их будет, как решило Правительство, 50. Не буду называть фамилии, это могут сделать руководители союзов, но замечу, что все получатели полностью соответствуют утверждённому Минцифры Положению об оказании адресной помощи.

            — Какими ещё вопросами занимается Комиссия?

            — Если обобщить, то давно ожидаемыми попытками восстановления социальной справедливости в отношении профессионального литературного сообщества. Распределение адресной помощи – это текущая работа. Надо двигаться в сторону системного пересмотра отношений писателей и государства. Вклад «инженеров человеческих душ» в культуру страны огромен, и негоже государству его игнорировать. Писатели – более адекватные «лидеры общественного мнения», нежели, скажем, эстрадные звёзды и артисты. В планах Комиссии – поиск совместных решений с законодательной властью – Государственной Думой и Советом Федерации, исполнительной — Минтруда и Минкультуры, другими организациями и ведомствами по реальному улучшению социального и материального положения российских писателей, повышению их престижа в обществе.  Это и воссоздание полноценного Литфонда, наведение порядка в плане выплаты гонораров и соблюдения издателями авторских прав, возвращение незаконно с юридической точки зрения утраченного имущества Литфонда, разработка и принятие Закона о творческих союзах.  Хочу подчеркнуть, что все эти инициативы исходят от руководителей, входящих в АСПИ писательских союзов, а они получают их «снизу», можно сказать от самой писательской «земли». Насколько быстро они будут осуществляться, покажет время, но то, что руководство АСПИ серьёзно ими занимается – это факт.

3 комментария к «Голос писательской «земли»»

  1. Прочитал интервью Юрия Козлова о статусе писателя, его роли и месте в современном мире. К примеру, я не член СП России и не вхожу в другие СП. Одни меня приглашали вступать, как например. ИСП но я не спешил. В СП России я пытался вступить. Собрал рекомендации. Однако дело застопорилось. Местное руководство меня вытолкнуло из своих рядов, можно сказать, беспричинно. Хотя за критику, оказывается, ты не будешь принят СП. Вы скажете, что в СП принимали и принимают по творческим результатам? Так было всегда. Но в наши дни, как сказал Юрий Поликарпович Кузнецов, к власти в региональные СП пришли графоманы, или вообще слабые так называемые писатели, которые похожи своим творческим однообразием один к одному. Юрий Вильямович почти об этом как раз и говорил в ответах еженедельнику «ЛР». Обмен писательских билетов ничего не дал для исключения случайных авторов, которых писателями назвать нельзя. Они даже умножились. Ведь билеты покупались. Нужны были деньги. Расплодилась серость семиаршинная. Причём дерзкая и агрессивная. И это при всём при том немало настоящих писателей, но неугодных, хоть местному, хоть центральному руководству, осталось за бортом СП, именно во время обмена членскими билетами. Но ещё были совсем не приняты по тем же критериям идеологического спектра. Вот это и есть воинственное торжество серости. Это зашло так далеко, что любое писательское сообщество страдает от наплыва «писательской разносортной графомании». Я к тому пишу, что такие наделённые талантами писатели, но не члены СП, остаются в стороне. А их хорошие крниги могут остаться не переизданными или вообще не изданными. К ним относятся как изгоям, на них серость смотрит свысока. Да ещё перекрывает дорогу в журналы. Есть ли будущее у таких писателей, или им навеки пребывать на обочине писательского разрнополярного сообщества?

    1. Владимир, не к Вам лично, но в тему Вами написанного.

      Не редко писателю хочется влиять на массы народные. Но как показала история — писательство и журналистика это оружие массового поражения. И как оружие особо опасное оно давно требует обязательной регистрации. А за попытки применения этого оружия против свой страны и\или народа = уголовной ответственности. Хочется писать мерзости про свой или чужой народ — нет проблем = каждый писатель может писать себе в стол. А вообще нечистотам не место на книжной бумаге — для них есть туалетная. Но если писателю захотелось публиковать себя, то он должен учесть интересы тех, кому это потом предстоит читать. Облил писатель грязью свой народ — едет пожить на каторгу из расчета — каждые 100 страниц = 10 лет. Написал три тома мерзости и постоянная прописка в Сибири обеспечена. Кстати, жажда самоудовлетворения за теле всего народа = нездоровая претензия.

      ps
      Согласитесь — живя к примеру в коммунальной квартире с иудеями и мусульманами не стоит с утра навязывать им «арии свиной тушенки».

  2. Продолжим приседания. Автор — тот же. Мой сын, ага!

    ***
    Я словно пробуждаюсь ото сна…
    Была однажды пестрая страна:
    Все краски шли когда -то в гости к нам,
    Подобно распустившимся цветам.
    Но что случилось? – Я не дам ответ:
    В живых остался только серый цвет.
    И тучи серых лиц кругом снуют,
    И тихо так, по -серому, живут.
    И в серый цвет окрашены дома,
    Больница, министерство и тюрьма.
    Течёт он из журналов и газет,
    Как будто в мире красок больше нет.
    У серых лиц есть серые мечты,
    На серых клумбах – серые цветы,
    Писатель серый ловит каждый миг
    И производит тонну серых книг.
    Куда девались прочие цвета?
    Иль я не тот, или страна не та?
    Исчезли красный, желтый с голубым,
    А серый все клубится словно дым…

    2017

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...