30.05.2024

«Бендер»: такое начало, что лучше бы сразу кончало

Не то, чтоб имелись какие-то внезапные надежды, но всё же посмотрел краем глаза «Бендер: начало» и продолжение, «Золото империи». Тут, конечно, смеяться бы долго – но было категорически не смешно. Видимо, закон отрицания отрицания не учли чуждые диалектики господа элитарии вроде Сергея Безрукова и Игоря Зайцева, режиссёра. Если долго отрицать факты столкновения классов в Гражданской войне и игнорировать движущие силы  истории, то самих себя, внутри прослойки и элитки, можно убедить, что Гражданская – это даже смешно… А вот если самоё это отрицание на место Истории попробовать водрузить, то кроме вас самих, господа, смеяться никто не будет. «Ха» на «ха», два жирных плюса (взаимопонимание режиссёра и продюсера) дают длинный минус в итоге, оказывающийся вне узкого круга, поскольку кино массовое искусство – минус, прокалывающий этот шарик элитарной замкнутости.

Из аннотации на Кинопоиске: «1919 год. Судьба сталкивает юного идеалиста Осю с турецко-подданным аферистом Ибрагимом Бендером. И никогда бы честный Ося не связался с таким бессовестным и хитроумным мошенником, если бы их не объединила невероятно опасная авантюра — охота за царской реликвией, драгоценным жезлом, заполучить который также не прочь местные бандиты и белые офицеры. В череде головокружительных приключений Ося вынужден учиться у Ибрагима обаятельной лести, деликатному обману, пленительному шантажу и… грубой силе. И все это — будучи влюбленным в самую чистую девушку города! И, кажется, еще в одну — роковую иностранную красотку… Так начинает складываться портрет легендарного великого комбинатора и любимца женщин Остапа Бендера-Задунайского».

Не удивительно, что из сюжета и прохиндейского задора, некогда подаренного Катаевым брату, Петрову, и Ильфу, кинокомбинаторы 21 века решили «прорастить» эдакий протуберанец в прошлое. Памятуя, что турецко-подданный – персонаж, о котором ничего кроме имени у Ильфа и Петрова не сказано (и кроме того, что он скончался в страшных судорогах). Правда, классики тонко намекали, что имя это было взято Бендером-старшим уже после эмиграции и получения турецкого гражданства, но – тонкие намёки нынче не в моде. Когда именно он бежал, тоже неизвестно, но очевидно что (даже если и бежал) вместе с первой волной белоэмиграции, а значит… можно попытаться насуетить предшествующих бегству событий в районе 1919 года! Тем более что сами классики подсказали уже следующим, из «Золотого телёнка» персонажем Корейко, как это примерно выглядело в те годы. Но можно ли останавливаться на «чёрно-белом» уровне Корейко – при нынешних голливудских стандартах зрелищности и клиповости-скорости событий?   

Нет, тонкий юмор классиков и ирония/самоирония персонажей литературного уровня проработки – это тоже не зрелищно, поэтому Бендер-старший, герой Сергея Безрукова, оказывается практически на сцене полуфинала КВН, и тут себе ни в чём не отказывает. Не удивлюсь, что реплики-цитаты вроде «Господи, ну почему ты помогаешь этому идиоту, а не мне?» (реплика белогвардейца, героя Кайдановского из кинофильма «Свой среди чужих, чужой среди своих») попадали в сценарий прямо на съёмочной площадке, потому что актёру «так игралось». Настроение безудержного «капустника на заданную тему» плещет через край.

Нет попыток как-то увязать с исторической действительностью и хронологией эту «нулевую» страницу биографии героя «12 стульев» — Гражданская война и сопутствующие ей лишения, касающиеся большинства, предстают лишь пёстрым антуражем вольной сюжетной линии. Которую Зайцеву хотелось бы закрутить в духе «Зелёного фургона» или «Ликвидации», но выходит по-безруковски бесшабашный КВН. Кто там водился на горизонте событий в тех краях, ну или поблизости? Махно водился? Котовский водился?

Берём обоих! При этом оба исторических персонажа по-пелевински извращены. Да, тут не актёры и не Зайцев закопёрщики – так глумиться над реально вершившими Историю её героями, над вождями вооружённых, ополчённых против буржуазии и интервентов масс научил эту братию, конечно, Пелевин в «Чапаеве и пустоте». Что церемониться, что соотноситься? Главное, чтоб смешно было!

Котовский выглядит влюблённым в Веру Брежневу (под неё персонаж и вовсе не придумывали, зато декольте сделали без учёта тамошних и тогдашних мод) идиотом – вдобавок заикающимся, отправляющим почтовых голубей в далёкую (небесную?) ВЧК. Можете себе представить командарма РККА заикающимся? А вот Зайцев может! Выпускник «молдавского» курса «Щепки» Юрий Колокольников (неплохо, но тоже комически игравший Дядю Ваню в дипломном курсовом спектакле) – рад пофиглярствовать. Причём в его исполнении Котовский заикается так сильно, что Вера Брежнева угадывает всё, что он собирается сказать.

Нет, на пять-десять минут «хи-хи» этого конечно хватит – но на то, чтоб посягать на «предисловие» к «12 стульям» явно маловато. Пошловато, я бы сказал.

Поглумишвшись над телом и делом Котовского так, как и нацистские оккупанты не глумились, разоряя его мавзолей (а дело-то Котовского было – правым, нашим, революционным!), альтернативные историки взялись за Махно. Не думал, что придётся заступаться тут коммунисту за анархиста, но других заступников и рецензентов, смотрю, нет.

Если Махно и заслуживает какой-то критики, то безусловно только с левых позиций, с позиций научного коммунизма, ещё в лице Маркса громившего анархизм Бакунина и анархо-коммунизм Кропоткина, в частности, к которому ближе был Махно. Его можно представлять в кино разудалым лицедеем и князьком бандитов (хотя на всех фотографиях того времени он угрюм и далёк от рисовки), но вот идеологом коллективного «эзотерического» самоубийства – вряд ли. Опять же: формат КВН, конечно, допускает и такое, но тогда уж творите, как Пелевин, в наиполнейшей пустоте, не претендуя на сопряжения с хронологией и реальной Историей.

Однако для дурачков, взявшихся «подправить классиков» вообще не может быть истины и исторической конкретики. У них есть большущий гардероб, есть гримёры и уйма плясового задора. Поэтому (к тому моменту вполне опытный, хоть и стихийный) военачальник Махно располагает свой штаб и лагерь в каких-то глубоких песках возле антуражно красивой красной мельницы (мельницы вообще никто в тех краях не красил, ну да чего не простишь альтернативщикам)… Зачем мельница в песках – «история» умалчивает, поскольку это История-по-Зайцеву. Над мельницей воздвигнут искомый Бендерами жезл, которым они мечтают разжиться, и вот тогда – Рио де Жанейро (ну, как у классиков). Однако взять жезл Котовскому с Брежневой и Бендерами сложно, поскольку Махно безумствует – он зачем-то прямо в лагере устроил минное поле, дабы согласно его эзотерическому учению, отпускаемые им  пленные и прочие собеседники, имели возможность наиграться со смертью вдоволь… Для убедительности, что это именно полуфинал КВН и выступление «Сибирских пельменей», триада знаменитая Великой Французской революции – написана кириллицей на красном кумаче: «Эгалитэ, Фратернитэ…». Всё, как любит Михалков-режиссёр.г

Для компьютерной игры-стрелялки схема минногополя у мельницы неплохая – надо пропрыгать мимо мин, перейти на следующий уровень, взять жезл. Для самой же минимальной правдоподобности – потенции мизансцены ноль.

Оказывается, Махно ведёт борьбу то с красными, то с белыми, то вместе с красными (в составе РККА) против белых и других местечковых атаманов вроде Григорьева — вовсе не ради Гуляйполийской республики, не ради мамы Анархии! Он просто хочет ярко умереть при появлении «света небесного» в окружении верных сторонников его «учения»… Где такое вычитали и под каким «кайфом» Зайцев и Безруков (до пелевинского кумара и озарений тут, конечно, далеко) – вопрос риторический. Леона Чёрного они точно не знают – а ведь был такой идеолог подле Махно, умнейший еврей поколения Кропоткина. Видимо, знаниями реальной истории не обременён никто и в съёмочной группе, чтобы одёрнуть «афтаров» (на съёмках «Нюрнберга» был такой человек – вообще-то он видеомонтажёр, но приходилось вмешиваться, столько намечалось исторических ляпсусов, и там опять играл вездесущий Безруков, плохо играл, дубово).

Ребятам, то есть Зайцеву с Безруковым просто очень хотелось снять что-то в духе «Пиратов Карбиского моря»! Об этом говорит и дизайн. Поэтому сразу же хотелось заглянуть за горизонт – как живёт эмиграция в Турции? Встанут ли на панель кто-то из «девушек наших» — но всё то же коренное, глухое непонимание исторического момента рисовало совершенно нереальные картины. То турецкого борделя с русскоязычной бандершей, то попытки беглых от «Совдэпии» барышень пограбить турецкий рынок… Как-то это всё излишне красочно и при этом же нереально? Ну, например, вот тот же «Бег» с замечательной музыкой друга семьи нашей Николая Каретникова показывает Стамбул для русских эмигрантов пустым, голодным и чуждым, но никак не красочным и рыночно сочным. А тут просто пиршество красок – и зачем? Чьё состояние, чьё настроение из героев эта пестрота выражает?

Куда и зачем вы, Зайцев, толкаете совершенно несексуальных (вернее, обаятельных мимикой, нюансами, интеллигентностью – но не по-западному, не примитивно «сексуальностью», «формами») актрис – Сутулову и Вилкову? В бордель и в ванную? У Вилковой – просто какая-то чёрная полоса. Разок показав себя полуголенькой в «Выше неба», далёкая от совершенства Таисия обречена теперь раздеваться вновь и вновь… Теперь она – польская обольстительница, которую Остап осязает прямо в её же ванной, случайно оказавшись там при бегстве по гостинице. Да и гостиница сама – ну, времён ли Гражданской? Куда весь этот шик?

Однозначно убедительными в этом провинциальном подражании голливудскому капитану Джеку Воробью сотоварищи – выглядят лишь белогвардейцы. Вот их и Зайцев, и Бендер-старший, Безруков – очень хорошо, всем нутром понимают. Всю эту педантичность, аккуратность – тоже слишком уж вылизанную… Неудивительно: Сергей Безруков активно участвовал в либеральном движении «Декоммунизация».

Фильмы на троечку – при том, что и бюджеты велики, и актёров набрали неплохих. Но это тот случай, когда уставший сниматься Безруков мог выжать из себя обаяние комбинатора раза три за съёмки – и то, подражая предшественникам. Остальные отдыхали.

Впрочем, бывало и хуже: это когда поп-исполнитель Сергей Крылов тоже пытался сыграть «своего Бендера» в телесериале, фактически телеспектакле, где… Спокойно звучал мат-перемат – такие были в начале 90-х новейшие нормы телевидения. Нет, необъятного Крылова, конечно, тут перетанцевать трудно, но вышло всё не лучше и чем у Олега Меньшикова. Которому тоже не дался темперамент бесмертного комбинатора – какой-то он расслабленно-благополучный катался в «Антилопе-Гну»…

Совет итоговый дорвавшимся до бюджетов на кино: перестаньте мусолить старые темы и сюжеты, забудьте слова «сиквелл», «приквелл», «:начало» и пр. Снимайте новое, снимайте невиданное – и, самое главное, современное. Действительность куда интереснее ваших додумок и трактовок того, что все давно читали и смотрели. Конкурировать с советской классикой вам, новорусским – не под силу.

Дмитрий ЧЁРНЫЙ  

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...