24.04.2024

Ненужные люди

Бытует мнение, что девяностые подарили нам свободу. Но период распада СССР и становления Российской Федерации можно назвать многовекторным. С одной стороны, появилась возможность читать многих запрещённых авторов, можно было печатать практически любую литературу. С другой стороны, для кого-то 90-е обратились в ад криминальных разборок. Некоторая часть населения не могла найти денег даже на еду.

Распад Союза повлёк за собой всплеск национализма. Олигархи активно использовали радикалов для дележа «наследства». Начались войны в национальных республиках, разгулялся террор. Если кто-то мог чувствовать себя в безопасности, то иные волей судьбы оказались в окопах. Армия стала для некоторых из них единственным местом заработка.

Хочется спросить: а стоило ли счастье иметь у себя свободный рынок, читать и печатать любую литературу стольких человеческих жертв?

Думаю, что каждый ответит на этот вопрос по-своему.

Анатолий Давыдчик пишет книги о войне. Их ценность заключена в правде и опыте автора. Писатель участвовал во многих военных конфликтах. А первый боевой опыт он обрёл в Чечне. Этому посвящена его трилогия под названием «Бешеный сапёр». Написана она по просьбе сослуживцев. Книгу можно найти в различных книжных интернет-магазинах, а также можно её заказать в ВК, в личной группе автора «Бешеный сапёр».

Книга «Бешеный сапёр» рассказывает про тяжёлую судьбу солдата. Название книги ассоциируется с «Бешеной ротой» Гюрзы, которая славилась своей жестокостью к боевикам. Произведение оправдывает читательские ожидания. Перед нами предстаёт жестокая действительность, когда российские военные инженеры устраивают засады, диверсии, расправы над боевиками.

Всё происходящее мы видим сквозь призму авторского восприятия. В произведении есть элементы потока сознания. Первые строки сразу заставляют читателя думать, погружают в происходящие события, создаётся эффект присутствия.

Образ героя-рассказчика автобиографичен. Повествование – от первого лица. Окружение, местность описаны без подробностей, детали появляются лишь когда это необходимо, но впечатления героя от того или иного события передаются подробно. В тексте много просторечий, жаргона и ненормативной лексики, что тоже усиливает погружение читателя в атмосферу, подчёркивает переживания героя. Стоит обратить внимание на аббревиатуры. Большинство из них обозначают военные термины или организации. Читателю, который не служил в армии, будет сложно разобраться, о чём идет речь.

Сюжет развивается линейно. Автор описывает череду событий, которые ему пришлось пережить на войне. Он служил сапёром. Герои известны по своим позывным или кличкам. Среди них есть и те, кого называют «солдаты удачи». Они не нашли возможностей заработать у себя дома и отправились искать счастья на военной службе. Герои признаются, что они не думали о защите Отечества. Они пошли воевать за деньги. Страшные события войны сильно изменили их психику, они спокойно или с азартом убивают боевиков, торгуют армейским имуществом с наёмниками, боевиками и местными. Часто они просто равнодушны ко всему.

При этом на гражданке они не нужны, они себя не находят. Общество воспринимают враждебно. Например, один из героев, Олег, убил несколько сотрудников ЖЭКа, так как они не предоставили ему льгот, положенных ветеранам. Эти персонажи считают себя полноценными наёмниками и отморозками, они понимают, что им уже не быть прежними, им сложно вернуться к нормальной жизни. Данная тема одна из важнейших в произведении. Но она не нова и напоминает о прозе «потерянного поколения», к которой можно отнести «Смерть героя» Ричарда Олдингтона, «На западном фронте без перемен» Эрика Ремарка, а также рассказы о советских солдатах, которые возвращались с Великой Отечественной войны домой.

Особое место занимает тема предательства. Так, сапёр с позывным Нефеда перешёл к боевикам, минировал тропы, убивал российских солдат. Главные герои пытались ему отомстить, убить.

Анатолий Давыдчик в интервью сказал, что Нефеда «служил с нами, но потом дома у него возникли проблемы. Ему срочно были нужны деньги. Вы поверьте, сейчас таких историй будет больше. Был он убит или нет, я не знаю, не видел его труп. Врать не буду, но хотелось, чтобы это было именно так». Финал произведения остаётся открытым.

Психологический стресс на войне – ещё одна важная тема. Когда сапёры впервые увидели гибель своего бойца, то они «как будто повзрослели лет на десять. У всех в глазах не тоска, нет, а именно тот боевой азарт, с которым наши деды в свое время на танки с гранатой шли. Будто перешли невидимую черту, которая делит жизнь на “до” и “после”».

Произведение будет интересно любому читателю, который хочет понять, что чувствовали и переживали российские военные в Чечне. К сожалению, война – частый спутник нашей страны. Очевидно, что она раскалывает наше общество.

Казалось бы, для кого-то жизнь в 90-е была беззаботна, ассоциировалась со свободой, но ведь кому-то 90-е принесли смерть. Может быть, такая литература актуальна и сегодня?

Кто-то беззаботно пьёт кофе, а кто-то живет в окопах… Подобные книги заставляют задуматься об общественных процессах, о людях, которые сейчас проливают кровь. Они вернутся, но какими?

Читать и думать! Думать о людях, думать о человечности…

Мир Вашему дому!

Влад БОЙКО,

филолог, журналист, фотограф

3 комментария к «Ненужные люди»

  1. Я должен быть миллиардером
    После того, что наваял,
    Но остаюсь я нищим хером,
    А это всё, считай, пропал.
    Я должен быть миллионером
    После всего, что наломал,
    И думаю, какого хера
    Так миллионером и не стал.
    Но, главное, миллионером
    Себя в России ощущать,
    Короче, истинным быть хером,
    Вокруг всё на хер посылать,
    Как Пушкин, Гоголь, Лермонтов,
    Без лишних слов,
    Как Путин, Трамп или Шумахер…
    Короче говоря — всё на хер.
    Живу я, как миллионер,
    Короче говоря — как хер.

  2. Который раз представить
    Хочу картину мира,
    Но как её представишь
    Без ориентира,
    Где нету, кроме вечности
    И бога одного
    В безумной бесконечности,
    Больше ничего.
    Там нет ни лева-права,
    Ни низа нет, ни верха,
    Можно в рассудке здравом
    Крышею поехать.
    Ни начала нету,
    Как и конца тем паче,
    Что всё значит это
    Что всё это значит…
    Идиотом полным
    Себя вдруг ощущаешь,
    Когда порой невольно
    Думать начинаешь…
    Пусть так же в мире целом
    Народов тьма живёт…
    Но это, между делом,
    Покоя не даёт.
    Тут явно не до смеха,
    И думаешь порой,
    Как крышей не поехал
    Мир смертный под Луной.
    От этого на свете,
    Лично у меня,
    Заметно крыша едет,
    За собой маня…
    Снова идиотом
    Себя здесь ощущаешь,
    Спрашивая — что там…
    В бездушном мироздании,
    За гранью понимания,
    Чего не догоняешь.

  3. Я в самоизоляцию ушёл,
    Собрал в пучок мозги,
    И что-то в этом для себя нашёл,
    Когда под солнцем не видать ни зги,
    Когда не хочешь видеть никого,
    Как и себя, бывало, самого.
    В прострации
    Нет лучше в мире самоизоляции.
    Сидишь себе безвылазно; от скуки
    Вдруг чувствуешь, как возникают глюки…
    Никто не позвонит и не придёт…
    Не ты один, так целый мир живёт.
    Тебя никто не хочет видеть тоже,
    Твоей бессмысленной и скучной рожи.
    Я так втянулся в самоизоляцию,
    Что из неё не в силах выходить,
    Чтоб не пришлось обратно возвращаться.
    Мне без неё теперь уже не жить.
    В окно посмотришь — никого на свете,
    Чем занимаются
    В квартирах, в интернете?..
    Совокупляются…
    Что остаётся в самоизоляции…
    Одно — совокупляться,
    А ещё бухнуть,
    Ещё чего-нибудь…
    А смерть, чем не самоизоляция,
    Где невозможно и совокупляться.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...