02.03.2024

Затаённое и… несуществующее время

В издательстве «Российский писатель» увидел свет презентованный в Союзе писателей России прозаический сборник современного осетинского писателя Эльбруса Скодтаева. «Шестое чувство» – это книга, обращающая на себя внимание благодаря совершенно оригинальному авторскому стилю и нестандартности подачи материала. Глубина мысли и символика образов позволяют отнести произведения самобытного автора к не так часто сегодня встречающемуся жанру философско-психологической прозы.

Нравственные идеалы творческого деятеля, размышления о ценности человеческой жизни и связанные с данными аспектами проблемы отражены в двенадцати рассказах, повести и пьесе. Русскоязычному читателю они доступны благодаря труду переводчиков Андрея Расторгуева (Екатеринбург), Сергея Телевного (Республика Северная Осетия–Алания) и Олега Воропаева (Ставропольский край).

Имеющий свое видение мира и происходящих в нем процессов национальный автор показывает картины житья-бытья современника. Далеко не радостные, но – без признаков обреченности и неверия в лучшее будущее. Надежда на «луч света» есть всегда, так как будущее строится здесь и сейчас нашими руками…

Собственно говоря, и рождается-то человек для того, чтобы делать мир лучше. Так считает автор, в рассказе «Прозрение» выносящий к читателю поэтичный внутренний монолог ребенка, впервые открывшего глаза на этот самый мир в колыбели, стоящей на залитом солнцем дворе. «Первое, что я увидел на фоне яркого синего неба, был облик моей молодой мамы и солнце на ее правом плече в виде кувшина, сияющего металлическим блеском…» и – с этих первых фраз мы отмечаем символичность и глубокую смысловую наполненность повествования – отличительные признаки философско-психологической прозы. Мать, с которой начинается жизнь, и солнце – древнейший космический символ, который тоже означает жизнь, источник тепла и света.

Маленькая душа в ребенке «резвилась, словно козленок, в надежде высвободиться из пеленок и люльки». Удивление и безграничная радость от созерцания мира переполняют его, а мать, с которой он ведет внутренний диалог, понимает каждое его движение, ласково касаясь теплыми руками. И фраза, на которую читатель сперва не обратит особого внимания. «Позже взрослые меня всему научат»… Но ведь писатель не просто так роняет эту фразу, позже он продолжит развивать эту мысль об изначальной позитивной заданности и открытости человека. Потом приобретаются качества, не предполагаемые Создателем: «Не думаю, что внутри человека с рождения заложены скверна, жестокость, отсутствие сострадания. Не верю в это!»

Тютчевское «мысль изреченная есть ложь» у Эльбруса Скодтаева находит развитие во внутреннем монологе героя: «Что есть человек? Его сущность, смысл? Для чего рождается на земле? В чем его предназначение?..»

 Постижение философии жизни – первая и главная цель писателя, на которую направлено его художественное мышление. Вопросы, часто встречающиеся в рассказах автора, есть свидетельство душевного непокоя художника, призывающего и нас к этим размышлениям.

Э. Скодтаев очень любит аллегории, метафоры. Трогает интересная деталь в заключении рассказа «Прозрение» – герой счищает палку, чтобы сделать себе посох (посох – символ пути и знания, которое является единственной опорой человека – Л.Г.).  – Когда я чищу ее – очищается моя собственная душа. Я опять научился чему-то новому – стругать палку! Это разве не чудо?

Стремление к бесконечному познанию мира и мечта о чистоте объединились у автора в одном символе – посохе-палке! Стоит отметить неожиданную и интересную деталь: когда мы обсуждали с автором особенности прозы, выяснилось, что он совершенно не был знаком с символическими знаками и их значением. Каким образом и по какому наитию появились в книге многочисленные символы – остается загадкой. Скорее всего, подтверждается одно из убеждений Скодтаева, что настоящее творчество – это дар свыше, не поддающийся объяснению.

Для того, чтобы понять что-то в этом мире, человек должен внутри стать духовно богаче, здоровее, чище. На таких философских размышлениях и художественном творчестве построен рассказ в двух частях, который и дал название всей книге: «Шестое чувство. Первая половина пути» и «Шестое чувство. Вторая половина пути». В напряженной работе мысли своего героя автор отражает взгляды и ценности, присущие ему, как человеку своего времени.

«Радуйся, что день ото дня не становится хуже! – поднялось из сердца, самых его глубин…» – так начинается рассказ-размышление, построенный в форме диалога. Отношение авторской мысли к герою становится средством литературного изображения, внутренним формообразующим принципом. Может, поэтому у автора появляется дидактическая интонация. Задача писателя – донести до нас свои принципы нравственного освоения бытия: «Вошел в эту воду – не возвращайся. А как ступишь на берег, шагай все вниз и вниз. Да не мелкой водой иди – это путь для никчемных. Напрямик, не сворачивая, по глубине!..»

Вот и появился новый символ – вода, первооснова всего в мировом океане. В буддизме «пересечь поток» значит – пройти через мир иллюзий и обрести просветление. Поток воды также символизирует неумолимость течения времени, невозможность повернуть его вспять. Но вода – это и главный источник жизни, поэтому есть и другой ряд символических значений – жизнь, обновление, очищение. Вода двойственна по своему значению. Человек не может жить без воды, но он не может жить и в воде. Человек жаждет воды, но бежит от нее, когда она обрушивается на него. Это двойственное значение подчеркивается в словах: «Кто и за что тебя так покарал? Тело твое обращено в прошлое, а голова, как прежде – в будущее. Ты хочешь развернуться назад, но вынужден идти вперед. Ты уже не тот цельный человек. Распался надвое, и две твоих части тянут тебя в разные стороны: голова устремлена вперед, тело – назад. Меж двух речных берегов хуже, чем между двух огней…» (оказывается, человек тоже существо двойственное, противоречивое, в котором все время борются разные силы!)

В рассказе «Шестое чувство. Вторая половина пути», выстроенном на том же диалоге, собеседник уже озвучен: «Недавно у меня появился необычный, чудесный помощник. На глаза не показался, но имя свое назвал. Я, говорит, Шестое чувство. Многое, мол, могу. С тех пор помогает, подсказывает каким-то образом». Рассказчик говорит, что это Шестое чувство – в нем самом, но появилось оно раньше: «Ты мне принадлежишь, хоть и называешь меня «мое шестое чувство». Только опять не понимаешь, как это: не я – твое, а ты – мой.

И я старше, намного старше! Я уже существовало миллиарды лет, прежде, чем ты появился. Вначале сила, сотворившая мир, – мы именуем ее Богом – сотворила себя. Затем – небесное пространство, потому как она всемогуща.

Из чего она себя сотворила – этого ни мне, ни тебе знать не дано. Не следует тянуться к Высшему Созданию, да и невозможно это…» Что это? Попытка подойти к тайнам Мироздания, осмыслить извечные вопросы человека?

В рассказе «Дом дружбы» действие происходит поздней осенью в запущенном, ветхом здании на проспекте Мира в Ростове, где располагаются редакции журналов, Союз писателей, издательство «Кавказ». Мне угадывается в рассказе проспект Мира во Владикавказе, группы писателей, стоящих до работы у здания и обсуждающих последние события в стране: «Каждый из них – если не галактика, то целая планета. И каждый, если внимательно посмотреть на его жизнь, глубоко вглядеться в душу, – один, совершенно один! Осиротели они.

 Весь мир любя, они чувствуют, что их души опустошены. И любовь людей к ним закончилась… И между собой у них нет понимания… Каждый живет надеждой, написав рассказ, что кто-то порадуется ему, кого-то согреет написанное им…

– Но… как знать, как знать…

– Человек ничего не знает о Божьей воле. Эта мысль издревле объединяла наших прославленных мужей. В небесную силу верили все и всегда. Вот только в последнее время некоторые замолкли, вслушиваясь в себя. 

– Вот так чудеса! – воскликнете вы и будете правы.  – Что?! Писатели перестали верить в Бога? Разве для этого он одарил их талантами?.. Впрочем, хорошо это или плохо – быть заложниками букв, даже мы до сих пор не поняли».

Мысль о высшем предназначении писателя-творца довольно частая в книге. В этом же рассказе есть эпизод, когда бухгалтер редакции приносит зарплату герою повествования. Он с радостью и одновременно с досадой думает про себя: «Не дала мне стихотворение дописать. Такой ценой мне и деньги не нужны были». И спохватывается, что неправ: он должен говорить то, что думает. И это – тоже значительная деталь для характеристики.

В рассказе «Два отца Демонкрата» автор знакомит нас с внешне «успешными, благоденствующими» литераторами. Ироничное перечисление их многочисленных достоинств уничтожается одной фразой: «Но был у них общий недостаток: даже в процессе письма они пребывали в заботах о хлебе насущном».

Здесь же мы знакомимся со своеобразным манифестом Скодтаева, его размышлениями о высоком предназначении писателя и его Слова: «Нет равного силе новой мысли, доселе никогда еще не сказанной, заключенной в сочетании слов. Ничто так не влияет на жизнь, как буквы, сложенные в слово.

В рассказе «Дом Дружбы» мы видим обеспокоенность автора судьбой родного языка, которую внимательный читатель заметит в рассуждениях героев: во время производственного разговора со старшим редактором рассказчик спрашивает: «Язык наш разве кому-нибудь нужен?..

– Язык наш, действительно, нужен единицам: больше – старшему поколению, меньше – среднему. Мы повернули взор к загранице. Младшие набросились на английский, как козы на чужой огород. С того огорода их не гонят – ешьте, мол, ешьте, потом приобщим вас к нашему стаду. А козе какая разница? Лишь бы пузо было полно…»

Интересен по стилистике и аллегорической насыщенности рассказ «Знак неравенства», по сюжету которого автор написал еще и пьесу.

Действие происходит в условном селе Фаранк, которое читатель так же, как и героев рассказа, понимает в более широком смысле. В Фаранке не было более убогой сакли, чем у Минкина. Даже сосед Дзотдал мог похвастаться своим ослом, хотя самое большее, на что он сам был способен – это отдохнуть…Минкин и его жена Туаса Бураон держали одну курицу.

«Как оказалось впоследствии, эта домашняя птица была от черных когтей до самого красного гребешка исконно нашей, дигорской…» – такими интригующими, сказочными интонациями начинается повествование Эльбруса Скодтаева. «…те яйца, что несла курица Минкина, в скудные времена были бесценными для здоровья, единственным достатком семьи, их отрадой и даже усладой». За трудолюбие и усердие, с которым курица кормила четверых детей и их родителей, курицу назвали почетным именем Райса. Полной противоположностью Райсе показаны Минкин и его жена. В сравнении героев с дождевым червем уже видна их уничтожающая характеристика.

Сначала рассказ напоминает народную комедийную пьесу. Мы представляем эту гротескную картину, ждем дальнейшего развития сюжета. Но Э. Скодтаев представляет нам не популярный в наше время ситком (ситуационную комедию).

События в рассказе развиваются стремительно и вызывают у думающего читателя ассоциации с событиями недавних лет. Минкин – это, конечно, образ собирательный. Минкин – совсем не он только, но вместе с тем тысячи таких же, встречаемых нами в жизни. У него нет работы, он беден. Но есть совесть. Не зря жена говорит ему: «Мне до сего времени было стыдно из-за чистоты твоей души. Иначе бы мы не жили в такой бедности…» В итоге на примере Минкина можно с грустью наблюдать за изменениями в облике человека, шаг за шагом отступающего от своих принципов.

Приятно, когда книга оправдывает ожидания читателя. Она читается неторопливо, потому что заставляет думать. Вместе с тем, как отмечено выше, у книги нет мрачного настроя, она дает хороший интеллектуальный и эмоциональный заряд. Объединяет рассказы рефлективный характер авторского сознания, что еще раз доказывает принадлежность прозы Эльбруса Скодтаева к философско-психологическому жанру.

Эльбрус Скодтаев. Шестое чувство. – М.: Российский писатель, 2022. – 336 с.

Лариса ГЕТОЕВА,

председатель правления Северо-Осетинской общественной организации любителей книги «Книга-Центр»,

заслуженный работник культуры РСО–Алания

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...