Автор: До чего же бесят краснодиванщики!.. Мужчины за сорок пять, которые присвоили себе красный цвет, но любую попытку живых людей изменить действительность встречают с брезгливостью надзирателей в музее революции.
Молодёжь выходит на улицы однотонно коричневых Москвы, Парижа, Берлина, Мадрида — будит эту проклятую октябрьскую энтропию, нарушает привычное оцепенение. И тут же являются они: хранители священного марксизма, специалисты по чужой незрелости, комиссары чужого поражения.
И понеслось: «Не там вышли, не с теми, не под теми лозунгами, недостаточно классовые, недостаточно сознательные»… У них на любой порыв найдётся цитата, на любую смелость — снисходительная ухмылка, на любую попытку, — объяснение, почему ничего не получится.
Вы не революционеры, граждане наимудрейшие. Вы бюрократы революции, которой никогда не было. Вам нужна не борьба, а право единолично определять, какая борьба достойна существования. Не движение масс, а послушная массовка под ваши методички. Не история, которая творится на ваших глазах, а история, в которой вам заранее выдали главную роль, — хотя в реальности вы даже не вышли из зрительного зала.
Марксизм в ваших руках превратился в набор отмычек для запирания будущего. Диалектика служит оправданием неподвижности, классовый анализ — алиби для трусости, большевистская традиция — удостоверением на право презирать тех, кто моложе и ещё способен на риск.
И особенно мерзко, когда мужчины, годами не способные предъявить ничего, кроме собственного политического брюзжания, снисходительно поучают молодёжь, как ей бунтовать. Будто революционная субъектность выдаётся по выслуге лет, а право на улицу необходимо заверить у старшего товарища.
Да, молодёжные протесты противоречивы. А вы хотели, чтобы история сначала сдала вам экзамен по «Что делать?», а потом получила разрешение двигаться?
Живая борьба не обязана быть безупречной, чтобы заслуживать анализа. Но ваша мёртвая теория уже безупречна: она никогда не ошибается, потому что никогда ни во что не вмешивается.
Вы не боитесь, что молодёжь ошибётся. Вы боитесь, что она начнёт действовать без вас — и обнаружится, что за вашим «революционным» самомнением нет ничего, кроме многолетней привычки наблюдать, осуждать и не участвовать.
Вот это и есть ваша настоящая политическая катастрофа: не поражение революции, а превращение революции в вашу удобную, пожизненную отговорку от неё.
Алёна АГЕЕВА
(специально с серого дивана)
От редакции: Верно, крепко сказано. Не смотря на то, что вряд ли дойдут до революционной ситуации накалённые уличными выступлениями молодёжи европейские столицы (не Москва, однако: у нас тут хмуренько, а 4 октября я проводил в местах описанных тогда же нами событий экскурсию — уже спустя час на Дружинниковской всё было как прежде, одни пенсионеры у мемориала «Крест»). Из состояния спокойной отстранённой рассудительности революции действительно не рождаются. Впрочем, и безрассудность — не ключ к ним. Вправленный в гущу событий коллективный разум, опережающий эти события (по-ленински) — вот что нужно!
Даже самая малая подвижка людей активного возраста, скажем мягко, к «праву на улицу» (попробуем закрепить как категорию) — воспитание действенного и действительного инакомыслия, которое неизбежно упирается в классовый подход, в живое творчество масс. А вот в противоположном состоянии обособленного благообразия и законопослушания — ничего не рождается приближающего смену формаций и дающего ощутить социальный прогресс собственным умом и организмом… Там — гарантированная инерция и жизнь до убогой смерти по воле власть имущих (заполучивших власть конкретно в РФ контрреволюцией 1991-го и дальнейшей приватизацией).
Однако, прежде чем услышать другой комментарий к парижским уже только выступлениям, вглядимся в требования «восставшей школоты»: это ещё не социалистические, но вполне человеческие требования. Экономия на школах, на пространстве для обучения, на кондиционерах для детей (летом ощутимая фатально) — последнее дело. Кстати, и в РФ просто от старости рушатся школы, а далеко не аварийные (как в Горках Ленинских) нагло закрывают… Как это вообще так получилось в славящейся своей чуткостью к низам и их нуждам Франции — загадка… Видимо, и впрямь новые военные бюджеты, переоснащение армии — отвлекли от первостепенных соцвопросов. Кстати, тамошние окраинные «арондисмАны» наподобие Берлиоза, застроенные высокими «панельками» — ничем не отличаются от московских окраин (см. кинофильм «1+1») и так называемой Новой Москвы. И вот о тех школах речь, а не об элитарно-центровых.
Странно, не вспомнили про «жёлтые жилеты» наши скептики. И какие красивые выступления были! На сторону дальнобойщиков встала арт-общественность — топлесс, в серебрянке троллившая полицейских… И ведь у самого Елисейского дворца уже бились с полицией, а выходили многотысячно на улицы по выходным — аж два года напролёт… Кстати, те выступления Эдуард Лимонов посчитал настоящей революцией, кратковременно посетив Париж именно ради этих событий.
Отсутствие «партийного фактора» краснодиванщики констатировали и сейчас рановато: достоверно известно, что на баррикадах вместе с молодёжью стоит против полицаев и слезоточивого газа Жан-Люк Меланшон из «Непокорённой Франции». Так что всё на месте, и полиция действует при этом жестоко… У полиции есть начальство, причём — и партийное. И тут как раз мы даём слово парижанину Андрею Демидову («Постсоветские левые»):
— Знаете, есть такой дидактический приём, который очень любят авторы учебников по иностранным языкам или комиксов по технике безопасности. Придумывают такого персонажа, который всё делает максимально неуместно. Не специально, а просто в силу рассеянности, лени и общей инфантильности. Заставляя читателей добродушно посмеиваться над недотёпой, авторы исподволь внушают — так делать неприлично или (если речь об инструкции по безопасности) просто опасно.
Глядя на некоторых «демократических политиков в изгнании», кажется, что они задались целью показать как заниматься политикой не надо. Попалась тут на глаза статья русской редакции Международного французского радио о том, что 7 октября группа российских оппозиционеров встретилась в Национальной ассамблее с главой парламентской группы «Франция-Россия», депутаткой от макронистской партии «Ренессанс» Натали Пузырёфф (на фото — у трибуны).
Формально, обычное мероприятие. Почему бы не встретиться, не рассказать о проблемах антивоенных россиян.
Но есть контекст, который меняет всё. Буквально накануне 6 октября состоялся первый акт общенационального протеста школьников и студентов. Полиция массово применила насилие, появились тысячи задержанных и десятки раненых . То есть случилась такая французская Болотная. А в это время «понаехавшие» (Яшин*, Милов*, Кара-Мурза*) и местные (Гудков-старший*, Лобанов) ведут дружелюбные беседы с видным функционером той самой партии власти, по приказу которой и устроили побоище…
Ну, ребята, так любви французов не снискать! Вон, Грета наша Тунберг — из аэропорта не в кабинеты чиновничьи отправилась, а к ближайшей баррикаде — поддержать восставшую школоту.
И если с Яшиным* всё более или менее понятно (сам про себя снятый сериал чего стоит), Илья себя видит главным блюдом в любой сервировке и под любым соусом, а Милов*, Кара-Мурза*, Гудков* выбирая между властью и улицей, как положено демократам всегда выберут власть, то участие «левого политика» Михаила Лобанова, откровенно говоря, вызвало недоумение.
Ну, добро бы, как Троцкий вышел на трибуну, зачитал декларацию во славу восстания масс и ушёл тотчас на площадь раздувать из искры пламя. Ведь вот же она — «радикальная демократия»! Но нет, стенограмма не зафиксировала. А зачем тогда это всё? Чтобы создать, как пишут журналисты, французский аналог «платформы демократических сил» ПАСЕ. Одной не хватило? Много ещё бесхозных жоп без тёплого кресла..? Ох!
А теперь, изливши желчь, признаюсь в любви. К Балли Багайоко, мэру Сан-Дени (на фото), своим телом прикрывавшему школьников от полиции, Меланшону и всем депутатам от «Непокорённой Франции» других левых партий, шагающим вместе с протестантами под газ и дубинки…
Принято считать (как минимум на постсоветском пространстве), что, добившись статуса, человек обязан «остепениться». Завести приличный костюм, ходить на заседания, быть «договороспособным».
Но с французскими левыми это, кажется, не работает. Костюм носят и на заседания ходят, но как только за окном ревтолпы и треск петард — немедленно несутся на площадь. Потому как там их социальная база и не быть там — немедленная политическая смерть. Вот чему стоит поучиться российским оппозиционерам, если они действительно собираются когда-то побороться за власть.
То есть вот как забавно выходит: на всяких здешних краснодиванщиков — найдутся и триколоро-диванщики «отъехавшие» тамошние! Яшин же считает триколор своим флагом поныне, идентичности не менял, «новой России» не изменял… Стихия улиц — не их уже среда, видимо. Мол, пусть французы тут сами по себе решают «внутриполитические» вопросы, а мы «с нашей планеты», поэтому будем общаться «на официальном уровне». Нет, Илья, дорогой — всё-таки чудак на букву «м» это ты. (Ну, помнишь контекст ярлыка — 2015-й, убийство Немцова, триколорная демонстрация от «Китай-города» к мосту, а не «инсталяция чёрных пакетов»…)
Д.Ч.
* иноагенты, инсургенты, беглые интеллигенты
