Автор: Московская поэтесса Ольга Дьякова не оставляет наших читателей без ежемесячного внимания. В этом — простота и красота весьма внутри себя непростой работы поэтессы. Удерживать понимание читателя, раз выйдя на эту экзистенциально важнейшую «волну». Кому-то покажется определение «стихоколумнистка» снижающим, конъюнктурным, однако, разок приставленное как определение к темпу публикаций стихов Ольги (тогда ещё без отчества, и тут не поддадимся мы глупой власти времени, эйджизму), оно показало нечто верное, существенное.
Писать с таким постоянством не всякий известный нам литератор мог. Хотя известно, например, что относительно недавно покинувший нас Эдуард Лимонов поучал Магдалену Курапину (Лолу Вагнер, героиню романа «В сырах») за пределами своих собственных записей — быть не только настойчивой в избранном направлении искусства, но пуще того усидчивой. «Иначе ничего не достигнешь» — говорил вполне ещё беззаботно цветущей актрисе Театра Марка Розовского «У Никитских Ворот» всемирно известный, в отечестве признанный, уже отсидевший свой политический «кандидатский минимум» писатель. Он написал в постсоветской России двадцать книг, она пока (о нём посмертно) — одну. Он мог позволить себе политес. Мы — не можем, потому и восхищаемся столь продуктивным проявлением воли и распорядка среди литераторов.
Итак, на календаре Ольги — задумчивый, хладно-философский закат лета. Как ни печально такое печатать…
Д.Ч.
***
Держат людские страданья
Чёрные петли дверей.
Точка взрывает сознанье
С резким уходом друзей.
С тучи гадатель Задека
Зрит толкователем снов.
Но объяснить человека
Даже пророк не готов.
Берег породы осевшей
Контур сменил за года.
Мельницы круг потемневший
Шумно вращает вода.
Не по своим ли законам
Бренное время течёт?
И не в загоне – над домом
Дева Овена пасёт.
Переплетённые мифы
В наше столетье – просты.
Выбрала я для защиты
Образ большой высоты.
Переводи, поэтесса,
Песни, что пел Галахад. .
Чёрные кони Гадеса
Мимо тебя пролетят.
***
Жизнь лежала на развале –
Книг потёртая канва
Говорила о начале
И кончине бытия.
Но к чему все эти страхи,
Порождённые тоской,
Не со скоростью ли краха
Пропадёт и сумрак мой?
Звёзд серебряные пули
Отливались не для нас.
Так зачем же без раздумий
Я шагнула к ним сейчас?
***
Дуновенье с речного залива
Приносило отрадные дни.
Оказалось – все числа красивы
И, как люди, пред небом равны.
Я напрасно в уме преломляла
Цифровой, но таинственный строй.
В направленье есть вектор накала,
Очень чёткий, на глаз – игровой.
Свежий ветер, удвоив порывы,
Продлевал и подталкивал дни.
А что числа порой несчастливы –
То придумано всуе людьми.
***
Есть истина простая,
И в простоте блаженство,
Сиянье созерцая,
Желать любовь одну.
Но грешник выставляет
Себя пред совершенством,
И праведник не вправе
Толкнуть его во тьму.
Кто объяснить решиться
Жестокосердность истин?
Времён надгробный камень
Не притупляет боль.
И мир, что нам не виден,
Но удостоен кисти,
В воображенье станет
Побегом от неволь.
***
Умеют небеса
Чужую волю пить.
Плавучая звезда
Посеребрила зыбь.
В мельканье лунных брызг –
Волненье тростника.
И я стараюсь жизнь
Поднять под облака.
А погружусь во мглу –
Есть краски под рукой.
Я чёрную стрелу
Сбиваю золотой.
***
Ну что ты каркаешь,
Рассерженная птица?
Ведь лето жаркое
И так недолго длится.
С повадкой хваткою
Мелькнёшь как тень ночная,
Твердя, что жалкая
Вне счастья страсть людская.
Ворона, умница,
Ты с двух боков седая.
Прямо на улице
Меня любовь съедает.
***
На обрывающейся ноте
Попробуй пульс останови.
Лягушки на ночном болоте
Разучивали песнь любви.
В окно врывался месяц бледный
И высветлял мой черновик.
Он сам был сочинитель древний
И к изнурению привык.
Рога его, проткнув страницы,
Упёрлись в твёрдый переплёт,
И он взлетел фракийской птицей
Туда, где будущность живёт.
РЕМБРАНДТ
(Портрет мужчины с жемчугом на шляпе)
Напрямик уходит жизнь
к жадной вечности.
У окна застыл старик в шляпе с жемчугом.
А над шумною толпой – дух беспечности,
В этом городе любой – морем меченый.
Унесло седой волной имя громкое,
Чьи-то слёзы носит он в чёрном бархате.
Белый жемчуг потемнеет с потёмками,
Девушка – лицо закроет фартуком.
Дама – скроет увяданье за веером,
А пожившему – грехи прятать незачем –
Он сидит, насквозь обветренный временем,
Тень былого не зовёт зябким вечером.
Что осталось старику? Ум да золото.
Изживать воспоминанья невольные.
Быть всё дальше от любовного омута,
Поднимаясь по ступеням в безмолвие.
***
Между прошлым и будущим
Я ищу настоящее.
Память ходит не в рубище,
Память – песня летящая.
Я ушла от любимого
Недалёко, ненадолго.
Пела-плакала иволга –
Ну чего ещё надобно?..
Ночь рассвету ответила
Шумным ливнем неистовым.
В настоящем – даль светлая,
А в грядущем – лучистая.
***
В фонтане призрачного сквера
Белеет ранняя луна.
Как в чёрном дуле револьвера
Дымится между туч она.
У каждого есть час везучий.
И я ловила свой черёд,
Не замечая взгляд колючий,
Что отсекал мне горизонт.
Из раны вынимаю стрелы,
Но сердце любит до конца.
К чему опасные прицелы –
У нас неравные сердца.
***
Светится Сириус
Утром над берегом.
Сонные ирисы
Трогаю с трепетом.
Зори восходят к нам
Розовым клевером.
Птицы над деревом –
С жаркими перьями:
Время придёт –
Попрощаются с севером,
Чтобы вернуться
К родине – первыми.
Рисунок Елены Есиной
