06.12.2022

Наталья Харлампьева. Нет конца тревогам и трудам

Харлампьева Наталья Ивановна (01.09.1952) – народный поэт Якутии, заслуженный работник культуры РС(Я) и РФ. Член СП СССР с 1988 г., член СП Якутии и РФ с 1992 г. Председатель правления СП Якутии и РФ с 1998 г., секретарь СП России с 2003 г. Родилась в с. Маган. Окончила заочно историко-филологический факультет Якутского государственного университета. Работала дежурной в службе перевозок в аэропорту, литературным сотрудником ведомственной газеты «Северная трасса», инструктором сектора печати обкома КПСС, секретарем Кобяйского райкома КПСС, заведующим отделом культуры газеты «Кыым», главным редактором Якутского книжного издательства, главным редактором газеты «Саха сирэ».

Печатается с 1975 г. Первую книгу стихов «Аэроплан» издала в 1976 г. Участвовала в VII Всесоюзном совещании молодых писателей. За книгу стихов «Кыһыл ньургуһун» («Красный подснежник», 1986) была присуждена премия Комсомола Якутии. Ее стихи переводились на русский, казахский, татарский и украинский языки. Автор более 20 книг, в том числе 15 поэтических сборников. Лауреат премии Комсомола Якутии, литературной премии «Алаш» Республики Казахстан, Большой литературной премии России и Всероссийской литературной премии имени А.Т.Твардовского. Награждена медалью А.С.Пушкина.

ГОЛУБОЙ ВОЛК

Бежит, бежит волк голубой
Меж гор высоких, речек юрких,
Бежит дорогою степной
По следу здесь прошедших тюрков.

Бежит, бежит волк голубой,
Бежит сквозь время и преграды,
Родной с рожденья стороной,
Минуя хитрые засады.

Бежит, бежит волк голубой,
Бежит в срединном мире нашем,
Сквозь дым пожаров над страной,
И в этих мыслях вольных даже.

Бежит, бежит волк голубой,
О тюрках нам напоминая,
Чтоб помнили пупок родной,
Откуда кровь в нас голубая*...
___ 
*«Откуда кровь наша, откуда пупки наши» - якутская пословица, смысл которой – откуда мы родом.


*** 

Кто-то кого-то должен беречь –
В этом добра истоки.

Кто-то кого-то должен увлечь,
Вызвать любовь в итоге.

Кто-то кого-то должен хвалить,
Коль заслужил хвалимый.

Кто-то кого-то должен любить –
В этом всей жизни стимул.


ПИСЬМО НЕ БЕРЕСТЕ

В чём же я просчиталась, сказала не так,
И небесные силы обидела словом, 
Посчитала сакральный вопрос за пустяк,
Потрясла недоступного мира основы? 

Но ударили в бубен. Зачем, почему,
Известили о чём-то, предвестье послали?
Из эпохи какой, я никак не пойму,
Средь сегодняшней жизни меня отыскали?

А старуха-то ваша глуха и слепа,
Только пальцами что-то читает с ладони,
Предстаёт, как в тумане, пред нею судьба,
И шаманские тайны она ещё помнит.

Но великих прозрений ей не одолеть.
Век её миновал. Дар предвиденья труден.
Только знает она, что в лесу много лет
На сосне вековой духи бьют в её бубен.


*** 

Вдалеке от мороки, собраний
Возвратилась в родной уголок
И затихла в своём балагане,
Где играет огнём камелёк*.

И приходят на свет моей лампы
Погостить средь приветливых стен
Грустноликие строки Алампа**,
Тонкий юмор, что создал Сэмэн***.

И кружатся вокруг, утешают,
Охраняют от стресса меня,
Словом искренним дух исцеляют,
В мир добра и доверья маня.

Возвращается чувство покоя,
О потерях душа не скорбит,
Ведь, имея соседство такое,
Несчастливой нельзя в мире быть.
_____ 
*Камелёк – открытая печь, типа камина.
**Алампа – Анемподист Иванович Сафронов (14.11.1886 – 24.10.1935) – поэт, прозаик, драматург, основоположник якутского театра.
***Сэмэн – народный поэт Якутии Семён Данилов.


МОЙ КОРАБЛЬ – МОЙ БАЛАГАН

Я читаю Бродского стихи,
Хоть они тревожат беспрестанно
Мыслями о временах лихих,
И считаю балки балагана*. 

Мой корабль обходит шар земной,
Балаганом в толщу лет врезаясь.
Беды, что случались не со мной,
Всё-таки за мною увязались.

Вертит злые вести ураган,
Я болею и терзаюсь ими…
Но спасает крепкий балаган,
Что дарован предками моими.

Ноет сердце от чужих проблем,
Круговерти зла в извечной драме,
Где коварство управляет всем,
Не меняя маску лжи веками…

Тяжки думы, что из века в век
Никнет доброта перед наветом,
Что похожи люди на калек,
Если в них нет теплоты и света.

Мой корабль – якутский балаган,
Он проходит и зимой, и летом
По просторам чужедальних стран
И по судьбам близких мне поэтов…

Я – дитя олонхо**, мне дано
Сердце, что открыто всем печалям,
Со Вселенной связано оно,
С миром, далеко не идеальным.

Мне дано самой добро творить,
Возвышая балки балагана,
Чешую кольчуги превратить
В илин кэбисэр***, душе желанный!

Я читаю Бродского… И мне
Плыть и плыть сквозь штормовые мили
В балагане, словно в корабле,
Что когда-то предки сотворили.
__ 
*Балаган – национальное жилище якутов, деревянная юрта.
**Олонхо – якутский героический эпос.
***Илин кэбисэр – нагрудное женское украшение.


*** 

Сестра моя, осень, забредшая в август,
А где же гостинцы твои и дары?
Улыбчивых дней несказанная благость
И тайны твоей золотистой поры?

Где отблески радости и вдохновенья,
Предчувствие счастья, что даришь тайком?
Сестра моя, осень, твоё появленье
Подобно свиданию в сердце моём.

Ты смотришь на жизнь просветляющим взглядом
И даришь добро, прогоняя беду.
Отрадно и радостно быть с тобой рядом.
Сестра моя, осень, давно тебя жду…


*** 

Между благословеньем и завистью чёрной
Довелось мне по жизни немало бродить,
Только догмы властей, что внедрялись упорно,
И надежды людей не смогла примирить.

Разбежались стихи во все стороны света,
Не нуждаются больше в опеке моей,
Босоногим и быстрым, препятствий им нету
В череде беспокойных событий и дней.

Но и всё ж многотрудную долю поэта
Никогда не предам, не сменяю на чин,
Пусть и странным кому-то покажется это,
Но мой выбор призвания твёрд и един.

Между благословеньем и завистью чёрной
Так и буду я жить до скончания дней,
Буду верной прислугой в империи горней
И чернавкой поэзии светлой своей.


БЕСЕДА

Как хорошо, отрадно сознавать
На перевале ветреного века,
Что зря судьба пыталась искушать
Посулом благ, начальственной опекой;
Что нет конца тревогам и трудам,
Что спутник жизни постоянно рядом,
Брат и сестра близки по духу нам,
И с ними можно объясняться взглядом.

И радостно, когда они приедут,
От немудрёной искренней беседы!




*** 

Зашла сегодня в старый двор,
Где друг мой давний занедужил.
Он изменился с неких пор
И чёрный ворон другу служит.

Сидит тот ворон на сосне
Недвижно, словно стал судьбою,
И что-то мыслит обо мне,
Исподтишка следя за мною.

Но он не в силах отрицать,
Что я была в судьбе у друга,
Что кровных уз не разорвать
Былого дружеского круга…

Я понимаю – ничего
Не изменить, что здесь свершилось,
Судьба у друга моего
На век его определилась.

Пусть ворон сторожит сей дом
Сто лет ещё средь мрачных будней,
Но кто-то доброты гнездо
Совьёт потом и счастлив будет.


ПЕРВЫЙ СНЕГ
	                         Барбаре Навроцкой

У нас под снег зонтов не подставляют
И не спешат обуться в сапоги,
Ненастьем эту пору не считают,
Снег – это радость жителям тайги!

Явленье снега здесь с любовью схоже –
В душе якута будит благодать,
Снег силы зла нам победить поможет
И чёрные задумки обуздать.

Белейший снег в осеннем небе кружит,
Бинтуя язвы подлости людской,
Мир украшая белизною кружев,
Рождая в мыслях ясность и покой.

У нас, как праздник, первый снег встречают,
Торят по первоснежью санный путь,
Благословляют снегом, причащают,
Стихи о снеге в дар друзьям несут!


БЕЗ ДОЛГИХ СЛЁЗ 

Позволь, мой друг, тебя обнять,
Хоть и не время для объятий,
Позволь мне слёзы не скрывать,
Хоть лить их явно поздновато.

Пусть ты любовь не уберёг,
Вещанью сердца верил мало,
Но я среди земных дорог
Тебе замены не искала.

Не жди упрёков, страстных сцен
От той, что преданно любила,
Живи, как жил, без перемен,
Я прежних чувств не сохранила.

Да и не плачу я всерьёз,
Взгляну и отойду устало,
Как женщина без долгих слёз,
Что никого не обнимала.

Перевод с якутского Валерия ЛАТЫНИНА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...