22.05.2024

РАБОТА ШТУРМОВЫХ ОТРЯДОВ – ПРОЦЕСС ТВОРЧЕСКИЙ

(из фронтового блокнота)

Для начала следует заметить, что бытует неверное представление о том, как происходят штурмовые действия в современной войне. К примеру, на Украине. Некоторые эксперты и историки проводят аналогию со «штурмовиками» или «штурмтрупперами» кайзеровской армии в Первой мировой войне. То есть группами солдат, оснащенными дополнительной бронезащитой и специальным вооружением, задача которых была ворваться в траншею противника.

В современных условиях – это не стрелковый огонь пехоты и колючая проволока, а скоординированный огонь артиллерии, минометов, снайперов, пулеметов и минные поля.
Военная история знает опыт применения штурмовых пехотных групп Советской армией при захвате городов-крепостей в ходе Великой Отечественной войны. Взять, широко известный Кёнигсберг, более забытые Познань и Кюстрин и так далее. Причем, если функцию так называемые фестунги ( крепости) выполняли ту же самую, что и Соледар с Артемовском в ходе специальной военной операции – они должны были замедлить наступательный порыв нашей армии, дать время для подготовки в тылу боеспособных частей, взамен разбитых на фронте.

Однако ключевое отличие штурмовых групп того периода – это использование 45-мм и 76-мм орудий и танков в составе штурмовой группы для стрельбы прямой наводкой. Отличие СВО в том, что современные ПЗРК и ПВО имеют такой радиус действия и эффективность, что представляют угрозу для авиации, даже при невысокой плотности. А средства ПТ-поражения пехоты (пресловутые ПТУРы-крышебои) обеспечивают уничтожение даже тяжелой бронетехники с высоким коэффициентом поражения.

Одновременно с этим контрбатарейная борьба противника не позволяет сконцентрировать значительные силы любого рода войск. Проще говоря, попытка сконцентрировать хоть пехоту, хоть артиллерию, хоть бронегруппы будет выявлена воздушной разведкой на БПЛА, техническими средствами разведки (видеокамеры высокого разрешения, тепловизоры), спутниковой разведкой или в конце концов агентурной сетью противника.

По этой же самой причине тактику, которую использовали части ВС РФ и МВД РФ во второй чеченской кампании, не удалось перенести в СВО. Например, при обнаружении занятого боевиками строения – пехота проводила зачистку в активном взаимодействии с бронетехникой, работающей на прямой наводке. Даже в многоквартирном доме при обнаружении квартиры, занятой противником, танк мог работать снаружи на подавление сопротивления. Но в условиях СВО, техника сама по себе становится объектом охоты со стороны противника.

ШО (штурмовые отряды) должна была прикрывать артиллерия. Техника выдвигалась так называемыми «скачками» – от укрытия к укрытию. По верхним этажам велся огонь из танков, БМП, а по нижним – из оружия штурмовых подразделений, включая гранатометы и огнеметы. Говоря условно, тип одной операции – это «Сталинград», тип другой – это «Висло-Одерская», третий — захват Грозного (январь-февраль 2000г.). Широкой публике и военным экспертам зачастую нравится первая. С глубокими обходами и охватами и явным окружением группировки. Однако не будем забывать, что это возможно при соответствующих условиях. Наличие степной открытой местности без крупных городских агломераций, например, в поволжских степях, удобных для движения механизированных групп. Затрудненная ротация и пополнение частей противника в силу дальности линий снабжения и природных условий. Слабые фланги группировки, состоящие из нестойких частей – румыны, итальянцы, испанцы, венгры.

В настоящий момент на Донбассе части и подразделения российской армии во взаимодействии с ЧВК «Вагнер» воюют в условиях практически сплошной застройки. Противник стойко и упорно обороняется, пехотные части насыщенны ручными противотанковыми средствами, пополнение живой силой осуществляется регулярно. В оборонительной линии противника прорывается брешь, которая затем позволяет действовать по разным операционным направлениям, в обход остальной линии укреплений. В первый раз такое явление наблюдалось после взятия Попасной – так называемый «цветок Попасной», в настоящий момент мы наблюдаем такой же эффект после освобождения Соледара и во время боев в Артёмовске.

Штурмовые действия в условиях СВО

Вот как описывает действия штурмовой группы один из командиров. Не раз доводилось пересекаться с ним во время событий на Северном Кавказе. Несмотря на солидный возраст (даже по меркам войны), по-прежнему, находится в строю. Готовит ребят к действиям в городских условиях:

«Выдвигается группа пехоты пять – десять человек. Их прикрывают тщательно замаскированные орудия на позиции дострела. Прикрывают не огнем, а находясь в ожидании. Если по группе работает стрелковка, то по выявленной огневой точке наносит удар артиллерия и тут же меняет позицию. Иногда движение разведгруппы на особо опасных участках сверху сопровождает дрон-наблюдатель – для дополнительной скорости выявления огневых точек противника и наведения арты. Поэтому все это медленно и осторожно.

Даже одна пятиэтажка – это, как правило, несколько огневых точек. Если противник прячется там, то он может оборудовать огневые позиции и сверху, и в середине здания, и в подвальных цокольных помещениях. Естественно, все это не торчит наружу из окна. Простым наблюдением выявить огневую точку невозможно даже при наблюдении в тепловизоре. Но группа всё равно наблюдает, сколько сможет. Вдруг внутри кто-то разожжёт костёр или, нарушив дисциплину, закурит. Но противник тоже жить хочет. Как правило, так легко не выявляется.

В какой-то момент противник выявит продвижение группы и попытается накрыть миномётным огнём. Иногда подключается вражеская арта или танк. Тогда надо отступать, вытаскивать раненых, пополнять группу и искать другой маршрут. Там ведь ещё наиболее опасные места могут быть заминированы. И не только лепестками, но и растяжками.
Рано или поздно наступает время, когда группа продвигается к пятиэтажке так близко, что попадает в снарядную тень – идём ведь со свой стороны, а средства огневой поддержки, как правило, со стороны противника с вариациями. Тогда противник проявляет огневые точки. Как правило, огнём пулемётов или снайперов. Вот их, выявленные, и надо давать в координаты средствам своей огневой поддержки. И после двигаться дальше, надеясь, что их подавили, или противник сбежал.

А как правило, в городе огневые точки настроены на взаимное прикрытие кинжальным фланкирующим огнём. То есть подходы к одной пятиэтажке прикрываются огневыми точками с другого, а эта контролирует ту, и так далее. Иногда рывок до мёртвой зоны по тщательно разведанному проходу делают на броне, чтоб десантироваться прямо в подъезды. Но этот проезд ещё надо найти и разминировать сначала.

И дальше – вот оказались вы в мертвой зоне: начинается вторая часть Марлезонского балета. Зачистка внутри. А там – мало ли что приготовлено. Противник мог пробить стены между подъездами, мог в квартирах наделать дыры в стенах.

Несколько таких домов сами по себе превращаются в сложную крепость. И их не уничтожишь быстрым ударом. Потому что панельная пятиэтажка стоит, даже если все стены в решето. А если застройка квартального типа, то крайние пятиэтажки защищают внутреннюю застройку. И первая может быть с наполовину осыпавшимися подъездами, а там внутри квартала – стоят целёхонькие. В таких случаях только и применяют рывок с десантом, но одиночными бортами или небольшими группами».

Таким образом, штурмовые действия в СВО – это процесс не быстрый, можно сказать-комплексный, с творческим подходом.

09.04.2023 Бойцы ЧВК «Вагнер» возле уничтоженной украинской БМП-2 в центре Артемовска. Евгений Биятов / РИА Новости

На линии огня

В городской агломерации (Бахмут, Соледар) основную нагрузку несут штурмовые подразделения ЧВК «Вагнер». По флангам их поддерживают десантники, артиллерия и боевая авиация. Тактика заключается в следующем. На одном из направлений наносится удар. Для его блокирования туда идут резервы. Ударные группы перебрасываются на другой участок и атакуют там. При подходе резервов переходят на следующий. Всё время заставляя противника двигаться и ожидать удара на любом направлении.

При этом командиры обращают особое внимание на умение использовать технологические «усиления», дроны, разведку, высокоточные боеприпасы, выучку расчётов и взаимодействие штурмовых групп с артиллерией напрямую. Все эти действия позволяют вести наступление сквозь оборонительные позиции даже при численно меньшем количестве солдат.

Пожалуй, впервые наша армия ведёт боевые действия высокой интенсивности с противником, оснащённым такими современными техническими средствами и поражения, и разведки, и наблюдения.

Особенно ярко это проявляется, когда на линию фронта прибывают свежие части кадровой армии. Находящиеся там подразделения ЛДНР, добровольцев, полка «Ахмат» и бойцы ЧВК «Вагнер» передают им свои боевые традиции и опыт, что зачастую ломает уставные стереотипы.

Например, ночь – подходящий способ для скрытного перемещения. Назначить атаку на четыре-пять утра – это застать противника врасплох. По мнению опытных, бывалых штурмовиков, подобные утверждения в корне неверны. Противник достаточно оснащён тепловизорами, приборами ночного видения, в том числе высококачественными израильскими и американскими. Тепловизионные камеры на БПЛА также широко используются. Кроме раннего подъёма и усталости собственных солдат, это ещё и шанс попасть под дружественный огонь. Эффекта внезапности ночью не достигнешь, а вот тепловую сигнатуру засветишь в самый раз.

Недавно офицеры одного десантного подразделения показали мне любопытный документ – своеобразный отчёт аналитиков ВСУ, в котором офицеры противника делятся своими впечатлениями о действиях противоборствующих сторон в районе Бахмута, о тактике действий «музыкантов» (ЧВК «Вагнер»). Вот некоторые выдержки по пунктам:

  • Ключевым элементом русских действий являются дроны, через которые происходит весь цикл боевого управления.
  • Бронетехника и артиллерия перестали быть средством прорыва в российской тактике, как это было на предыдущих стадиях войны. Основная нагрузка сейчас ложится на пехоту, которая должна действовать самостоятельно. Поэтому применение тактики ночных действий хоть и не приводит к уменьшению российских потерь, но позволяет добиться результатов там, где раньше значительное время дневные атаки к успеху не приводили.
  • Круглосуточные атаки малых групп пехоты становятся эффективным средством противодействия и захвата отдельных позиций там, где есть проблемы в организации обороны, разведки, связи, ночного боя, индивидуальной тактической и огневой подготовки наших бойцов и подразделений.

И всё же значимость Артёмовска как точки на карте оперативных действий утратила свою силу для ВСУ. Украинский Бахмут перестал быть крупным транспортным узлом для снабжения украинских войск на Донецком направлении. Железнодорожная станция, дороги, даже автобусная станция находятся под контролем подразделений ВС РФ.

«Устав – не догма, а руководство к действию!»

Сейчас в зоне боевых действий практикуется применение небольших штурмовых групп, действующих автономно, при поддержке основных сил. Но это не соответствует требованиям БУСВ (Боевой Устав сухопутных войск). Что позволяет особо ретивым начальникам задавать командирам на местах всё тот же пресловутый вопрос: «А что велит устав?»

Сейчас многие упёрлись в БПЛА, считая их единственным средством разведки, забывая о том, что видов разведки очень много и одна из наиболее важных – специальная разведка. Спецназ. Она при грамотной организации способна обеспечить поражение важнейших целей противника, находящихся в глубине оперативного построения войск. Это и штабы, и узлы связи, и стартовые позиции оперативно-тактических ракет, и узлы коммуникаций, и аэродромы, и огневые позиции пресловутых «Хаймерсов», и склады боеприпасов.
Почему генералы готовятся к прошедшей войне? Потому, что устав велит? Но, как говорили в советское время, «Устав – не догма, а руководство к действию!» Понимая противника, надо вырабатывать тактику и стратегию будущей войны с ним, создавать более современное оружие и отрабатывать наиболее эффективный порядок его применения.

Геннадий АЛЁХИН, полковник запаса, ветеран боевых действий. Член Союза писателей России

Один комментарий к “РАБОТА ШТУРМОВЫХ ОТРЯДОВ – ПРОЦЕСС ТВОРЧЕСКИЙ

  1. Очередной пример, как правила создаваемые сверху не работают в реальности. Простой мешок картошки, управляя действиями лопаты из министерств и то накопать очень трудно. Отсюда законы, наставления, правила и прочие нормативные акты чтобы они работали должен и создавать и принимать сам народ. Роль парламента в том, что бы проработать варианты и предложить их народу на рассмотрение.

    Давно пора жить по конституции, где ясно написано, что страна и власть принадлежит народу. И законы должны, как дети принадлежать своим родителям — народу. Как и жены должны быть половинкой для своих мужей, а не удовлетворять похоть избранного осеменителя города.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Капча загружается...