Автор: У нашего постоянного автора Юрия Нерсесова вышла в соавторстве художественная книга (с продолжением), которую конечно мы не заметить не можем. Случай соавторства тут довольно редкий: когда пишут трое, это уже интересно. Причём как минимум двое из троицы — известные публицисты и историки (Елена Прудникова — автор исторических расследований-бестселлеров, — такого, например, как «Роковой год советской истории»), а третий — бывший главный редактор ленинградской газеты.
Жанр книги сложен, но популярен. Мне бы хотелось сперва рассмотреть исторические, социальные истоки этого жанра.
Возникли уже всевозможные прозвища — в ответ на экранные отражения в целом похожих направлений, — «попадАнство», например. Но это — другое, принципиально не то. Попаданство (не от сленгового слова «попасть на», а «попасть в» какую-то иную эпоху) — это путешествия во времени, в основном в пошлое. Здесь же, в «Песне скорпионов» — наблюдается перенос не героев, но исторических ситуаций и закономерностей, — но там вообще другая цивилизация, причём и космогония собственная имеется. Однако нас интересует пока не конкретика.
Нас интересует момент возникновения авторского и читательского запроса на такой жанр. На создание «миров» — причём в фантастике не случайно многие авторские серии так и назывались «Миры братьев Стругацких», «Миры Роберта Шекли» и т.д.
В 90-х тех самых, когда мир исходный был чрезвычайно неуютен в силу первоначального накопления капитала, перекройки новорусского мира новыми-старыми сильными мира сего — «миры» шли с книжных лотков замечательно. В них можно было и просто укрыться от действительности, а ещё — можно было найти хоть и нафантазированное, но всё же иное настоящее и будущее. Только в этой связи стало возвращаться к концу 90-х и внимание к книгам завзятого коммуниста Ивана Ефремова — на правах «миров»…
Тут так и просится из «Чёрного человека» есенинское «прыщавой курсистке длинноволосый урод говорит о мирах, половой истекая истомою» — но мы всё же о другом. О том философском изводе вполне доминирующей и назойливой милитаристской проблематики, в котором становится видно не «как но есть», но — как возможно. Повод выдумывать иные миры и обстоятельства — объективны. Военная цензура, например… И у меня, честно говоря, поскольку я наблюдал и за процессом, не только результат в зелёной обложке получил — были определённые надежды.
В «Песне скорпионов» есть зазывный, созывающий определённую аудиторию, анонс: в нём как бы не без лёгкой иронии, имеется в виду «улучшенная версия» СССР, то есть читатель сразу настраивается на тонкое иносказание, на разговор о том, что и его занимает, тревожит, не отпускает едва ли не как совесть поколения свидетелей августа 1991-го…. Ждёт не «попаданства», а «улучшанства» так сказать — ведь если слегка поменять некоторые вводные, убавить мировую революцию, снизить накал классовой борьбы, то на выходе можно было бы получить некое идеальное и при этом не менее СССР социалистическое государство, которое миновало бы кризисы и распад?
По крайней мере, анонс намекает на такого рода прожектёрство в области ненаучной, вольной фантастики. Как бы проектное перенесение известных исторических обстоятельств на другую планету, где… Нет, всё вовсе не как у Богданова в «Красной звезде». Богданов идеализировал неудавшуюся Первую русскую революцию (после которой и писал эту классику руской фантастики, опередившую, а может и позвавшую за собою «Аэлиту») — автор как бы проскочил все пока не пройденные пролетариатом стадии, расставил важные вехи впереди… У этой фантастики был социальный заказ — заказ профессиональных революционеров. И она сыграла огромную роль в формировании всего направления в СССР!
В «Песне скорпионов» (так зовётся воинское подразделение) — всё не так. Всё, скорее, наоборот даже. При потрясающих технологических преимуществах у всё того же человеческого вида, но на других планетах (откуда он там взялся, наш вид, не рассказано в локальной космогонии) — нет никаких социальных достижений, которые логично, казалось бы, вырастают при таком укладе. Это было первое моё разочарование. Хотя, запев в прологе прекрасен (при всей его химической сомнительности):
«Учёные научились синтезировать экзеприй из атмосферы, прогоняя воздух через особые фильтры и погружая их в кислоту. Не придуманные священниками боги, а наука позволяет людям перемещаться между планетами и даже попадать в иные звёздные системы»
Но я не буду путаться в конкретике — потому что имена военных одной стороны, отчего-то в основном польские (из чего рождается гипотеза, что каким-то образом земные поляки освоили первыми космос), из области «рандомного», необязательного. Такое, наверное, научится скоро писать «ИИшачок»… Условные, немного «олбанские» (кто помнит этот сленг ЖЖ) имена вроде Зленоваца несут сами по себе некую авторскую иронию, элемент развлекухи, вербального хэппенинга, импровизации-капустника даже. Ну, захотелось троим историкам-публицистам, пресытившимся «конкретно-историческим» (в том хрестоматийно-диаматическом звучании, да-да) пресным хлебом, выйти за рамки земных событий, самим что-то понавыдумывать… Отчего бы нет?
То есть мотив-то я хорошо понимаю, одобряю: именно так, иносказаниями, изменёнными переменными и говорят писатели современникам важно-революционное во времена заткнутых ртов. Но сказано-то что? Ужален-то «скорпионами» кто? Может, надёжно отточенная на реальных событиях, но обеззвученная цензурой наболевшая сатира — заставит катарсически хохотать читателя, узнавшего в каком-нибудь Ариэле Ираклисе дольше Брежнева правящего «нашего» голубоглазого сатира? Увы, тоже нет.
За катарсисом — к реалистам. Я бы сказал «к новреалистам», но они давно уже не сотрясают основ, либо укрывшись как Сенчин к эго-реализме, либо как Шаргунов припав к «традиционным ценностям» (даже не с «Поповича», а со сборника рассказов «Свои» пошла тенденция)… В «Песне скорпионов» мы имеем ежестраничное буйство топонимики и процесса наименования как такового — как будто двое урождённых в СССР Адамов и Ева действительно угодили на иную планету и раздают имена всему. Имена это, однако, настолько земные, что вполне предсказуемы… Это родство ничем и нигде не объясняется (остаётся только догадываться, что если человеческий вид как-то самозародился вне Земли, он прошёл те же процессы этногенеза, расовые разделения и прочая, прочая, то есть тут-то утроенная фантазия как раз и осеклась).
Фантазия триады сюжетного плана меж тем настолько разнузданная, как будто ей тесны не просто исходные и вообще всякие возможные аналогии, но история человечества в целом, и она хочет переиграть всё и всех… Вторая простая моя гипотеза, возникшая по ходу чтения: авторы хотят в пользу «инопланетного социализма» переиграть, пусть и с неизбежными жестокостями войнушки в духе Star wars (увы, и тут «панамериканизм»), известную нам хотя бы по основным пунктам историю ХХ века, только в категорически иных эпохах и галактиках. Снова нет.
Социализма как такового не показано вообще. Он остался на уровне громких названий, а в области общественных отношений (за которые, по идее, и стоит сражаться так, как буйная фантазия разнузданных друг другом историков велит) — ни шагу от земного, от «человеческого, слишком человеческого». Я, честно говоря, ещё когда доверчиво читал фантастику (а был и такой, ранний период моего читательского опыта — «Война миров», «Аэлита» та самая, прочитанные летом 1988-го года на Алтае, в ходе археологической экспедиции на Катуни, близ Куюса) — всегда как бы взвешивал ту нагрузку вымышленных имён и оправдывающую всё это запоминание дальнейшую событийность с участием этих егроев. У Алексея Толстого и Гебрета Уэллса — овчинка выделки стоила, безусловно. Здесь же…
Я в какой-то момент понял, что и ход событий как будто подпираем той же буйной помпой, которая фонтанировала смешными именами — вовсе не тонкостью аналогий или какой-то политической тайнописи. Ни забастовки шахтёров местных, ни какие-либо иные по сути пролетарские события — не перекрывают войны… Это просто хаос вполне земных по всем обстоятельствам событий, перенесённый в условную инопланетную даль — но пошлость там по-земному буржуазная и не наблюдается идеологически мотивированной войны систем, миров даже на микроуровне, то есть каких-то отличий тех самых подвидиков, которые именуют разнообразно — альрамейских ли, экзепристских ли кровей герои… Здесь, повторю, вообще не видно смысла углубляться в выдумку, поскольку она приводит лишь к земной обыденности.
А зачем явлению синоним, есть оно остаётся тем же? Где моя бритва Оккама?
Та же жестокость на войне в истязаниях пленных женщин, только на уровне «небесного флота» (со вполне пиратскими реалиями), те же публичные дома с «мальчиками» и «девочками» для престарелых ублюдков, та же беспросветная пошлятина земной буржуазной действительности (которой само слово «революционный», по идее, противостоит), которой уж точно читатель не ждал в инопланетной панораме на фоне двух солнц (кстати, антураж неоригинальный).
Естественно, на фоне всё более земного во всём, кроме загадочного «синтезируемого из воздуха» топлива, позволившего начать воздухоплавание аж в каменном (ага, и он тут был) веке, событийного течения, часто смахивающего на косплей трёх последних кино-возвращений упомянутых выше «Звёздных войн» — возникает вопрос… А зачем это всё происходит, куда ведёт? Зачем читатель вникал во все сложности этой космогонии, зачем заполнял свой разум информацией, которая даже в своём собственном замкнутом мирке не порождает ничего, отличного от земных осточертевших землянам междоусобиц, пусть и именуемых позиционно Народным Союзом, вновь империализмом, и прочая, прочая? Сверхзадача-то столь пафосного повествования в чём?
Вот в «Звёздных войнах» всё честно — там нет никакой морали и даже сюжета (единого для всех серий), там есть только зрелище ради зрелища, увлекательная стрелялка, так умилявшая актёра Рейгана, что он придал новое звучание этой чуши, продлил политическим лексиконом в СОИ… Может, и тут так же?
Мой воинствующий реалист, на время из дружеских побуждений наступивший на горло собственной песне, дабы расслышать «Песню скорпионов», к трёхсотой странице понял, что с этого «киносеанса» можно было уйти и раньше, поскольку чем дальше, тем больше в фантастической упаковке прощупывалась обывательщина. Нет, я не сомневаюсь, что и поп, благословивший данный жанр и труд, и масса ZаVоенных патриотов по-своему получит тут удовольствие в виду изобильного чисто внешне ассортимента событий. Но по сути-то удовольствие будет это получено разве что от пророчества уныния посредством вымышленного (что и разочаровывает меня в этом охвостье постсоветской ненаучной фантастики) доказательства неизбежности социального регресса даже в других мирах. Извечное «там хорошо где нас нет», вымышленные, далёкие миры (и это, опять, уже было у Стругацких в «Обитаемом острове») — ничем не интереснее, но даже поскучнее нашего мира. В нашем хоть есть не просто партизаны, а красные, ещё водятся в некоторых джунглях они — в Непале, в Латинской Америке, и у них ксерокопия портрета Маркса в палатке (как у Мануэля Маруланды покойного) — пострашнее иных «звёздных войн» по разрушительной для подлого миропорядка силе…
Хрестоматийный пример про забивание гвоздя компьютером — тут уместен. Сама изначальная высокая цель yfexyjq фантастики, полёта футурологии именно Человечества уровня Ивана Ефремова, — здесь профанирована, словно в конверт пластинки группы Space какой-то хохмач засунул Надежду Бабкину, аккуратно, талантливо даже переклеив кружок этикетки на винил. И поют «скорпионы» точно те же песни, что пели «вагнеровцы» и прочие наёмники — никакого идеологически мотивированного романтизма, пусть и земного полёта, в этих битвах нет. Есть банальная жестокость, чинопочитание, столоначальство — список банальностей продолжит легко и читатель… Разве что писать это всё было отчаянно весело триаде — причём нереализованная энергия двух Адамов и Евы меж ними продолжает бить, что даже пугает скептика-реалиста…
Радикальный реалист во мне, конечно, находит немало аналогий этой вроде бы богатой боями и «космическими» событиями печали — я, хоть фантастику оставил в пубертате, но иногда посматриваю некоторые её кино-отображения, не теряю надежды на прорыв в жанре. К примеру, голливудский фильм «Контакт», хоть и затянутый — но содержал пару новых идеек о времени, пространстве и «молекуле личности»… А вот китайский фильм десятилетней давности «Пассажиры» вверг меня в уныние: человечество вроде бы решило самый свой проклятый вопрос, научилось транспортировать себя за пределы Солнечной системы с тем, чтобы населить иные планеты. Сам корабль даёт эту надежду…
Но только сперва. А потом обнаруживается, что это открытие сделано в мире товарно-денежных отношений и места в капсулах, гибернация — покупается, как дом или участок земли. Но какой смысл человечеству, не научившемуся беречь себя, не преодолевшему звериной стадии конкуренции и эксплуатации человека человеком, куда-то переселяться? Чтобы и там начать истреблять как себе подобных, так и фауну, а то и флору далёких планет?
Нет, такая фантастика нам, политическим реалистам, не нужна. Впрочем, у гонкгонгкского этого фильма хотя бы есть моменты ощущения гуманного, разумного родства, жалости к тем, кто введён в гибернацию, но из-за сбоя может погибнуть — поскольку они посланцы всего человечества в новый мир. И раззеленевшийся (благодаря пожертвовавшим любви и продлению рода свой срок полёта главным героям) внутренний мир космического транспорта — это всё-таки голос в пользу гуманного альтруистического пути, найденного интуитивно людьми далёкого будущего. А что на Экзепре?
Да грусть одна и всеубивающий эгоизм. Грусть Лилу из «Пятого элемента» при просмотре краткого содержания истории человечества. Нет, товарищи историки, такая ни черта не научная фантастика нам не нужна — влезайте-ка из вымыслов, и, как в «Бегстве мистера Мак-Кинли», точнее как в песне Высоцкого — своими знаниями, своей актуальной публицистикой, футурологией и аналитикой меняйте текущую политическую реальность так, чтоб при нашей жизни война, национальные, территориальные конфликты сгинули вовсе. А созидательная сила, умение человечества делать открытия на века вперёд — в том числе и чтобы покинуть приговорённую Вселенной Землю до её поглощения Солнцем, — чтобы победила всякую и любую вражду. Вот это сверхзадачка для фантастов.
Адам, Ева и Адам — Юрий, Елена и Алексей, — вы сможете, я в вас верю. А фантазии эти иномИрно-деструктивные бросайте — подобного сюжетно изобильного, но идейно бедного мусора народят и менее эрудированные умы.
P.S.
Надеюсь на ассиметрично-адекватный ответный разнос моего «Временивспять», ведь и там есть элемент исторического моделирования, где дотошный знаток событий Юрий мог бы ущучить товарища Дзырного ещё как…
Вот и учитесь айкидо после этого, дорогие писатели-читатели! Ничто так не красит книгу фантастов, как разносная рецензия реалиста.
Дмитрий ЧЁРНЫЙ
