Автор: Прежде чем перейти к основной теме настоящей статьи, необходимо сделать ряд уточнений, касающихся темы предыдущего материала – безволия литературных текстов. Говоря о безволии авторов, имею в виду отсутствие воли противостоять экономическому картельному сговору в области книжного бизнеса и тем самым прямое участие в данном сговоре. Что это означает? Прежде всего это означает неспособность самостоятельного творчества и способность к исполнению сугубо картельных задач, которые не предполагают никакой свободы творческого высказывания.
Учитывая факт, что тот же господин Григорьев (что родом из издательства «Вагриус», первый издатель и популяризатор постмодерниста Пелевина, — прим. ред.) и представители АСТ всё чаще стали мелькать на мероприятиях Союза писателей России, становится очевидным, что механизмы картельного сговора начинают проникать и в эту область литературного процесса. Таким образом мы наблюдаем живучесть картелей и их невероятную приспособляемость к изменяющимся обстоятельствам. А это значит, что и передача литературы из ведения Минцифры в Минкультуры будет, скорее всего, затягиваться всеми доступными способами, либо произойдёт по схеме, при реализации которой существующий картельный сговор сохранит, а наверняка и приумножит, свои возможности.
Так как картели неизбежно стремятся создавать барьеры для входа на рынок новых участников, то и в области книжного бизнеса происходит то же самое. Свобода творческого высказывания является для книжных бизнес-картелей препятствием в реализации их монопольных стремлений. И это то же самое явление, которое можно наблюдать, когда картельный сговор компаний препятствует обновлению производственных мощностей и научно-техническому прогрессу в любых других областях современной экономики. Сложившееся сегодня в книжном бизнесе положение, когда несколько монополистов диктуют условия для всего рынка, приводит к естественным следствиям: искусственному росту цен на книги, исчезновению с прилавков магазинов книг определённой тематической направленности, стагнации книжного рынка и, в целом, общему падению уровня духовно-интеллектуальной жизни населения.
Прежде всего надо заметить, что существующая некая категория сочинителей, чьи имена периодически мелькают в новостях с тегами «литература» и «культура» и устойчиво ассоциируются с так называемым «либеральным дискурсом» и премиальной литгонкой, совсем не относится к оппозиции или лоялистам в политическом смысле слова. Это важное уточнение, которое позволяет увидеть некоторые крайне примечательные детали самого смысла действий данных персонажей на просторах России.
Да, их действия имеют и политические, и экономические, и социальные последствия, но это совершенно не означает наличия каких-либо глубоких духовно-интеллектуальных смыслов самих действий. Это скорее указывает на их полное подчинение картельному сговору, ведущими агентами которого являются владельцы производственных и торговых мощностей книжного бизнеса, а совсем не авторы. Авторы в данной ситуации играют роль обслуги, исполнителей картельного заказа и не более того.
Так, например, матерящийся в медиаэфире блогер является просто общественным симптомом, который распространяется в социокультурном пространстве. Нет никаких оснований предполагать какую-либо глубинную программу у данного персонажа, кроме привлечения внимания и получения за это внимание финансовых дивидендов – банальный расчёт, ну или, выражаясь более замысловато, рентабельность матерщины на злобу дня. Так и с некоторыми пишущими персонажами, которые именуют себя то модными литераторами, то актуальными авторами, происходит примерно то же самое, что с любым блогером-матерщинником – банальный финансовый расчёт, происходящий из непомерного тщеславия и полнейшего отсутствия авторской свободы (хотя сами-то они живут в полной уверенности в обратном).
Элементарное наблюдение за действиями картельной обслуги в лице так называемой культэлитки указывает на смыслы их деятельности, которые ограничиваются стремлением получить денежный бонус и тёплое прибыльное местечко для себя самого. Любые разговоры о «гуманизме», «свободе слова», «истинной демократии» – это симулякры, скрывающие подлинную суть дешёвого лавочника и унылого образованца.
При возникновении критической ситуации именно эта прослойка общества становится уехавшими «релокантами» или оставшимися «тихарями» с фигой в кармане. Фига, как правило, предназначена всей отечественной культуре в её подлинно свободном воплощении, и именно этой культуре противостоит. Если посмотреть внимательно, то картельная обслуга-культэлитка пытается быть тем же, что поле литературы, но одновременно является совершенно другим – копией. Копия в данном случае вовсе не слепок, а скорее мимикрия, подделка под художественное высказывание, которая в итоге оказывается банальной пародией на искусство.
Невероятная выживаемость обслуживающей книжные картели культэлитки объясняется тем, что она не ограничивается так называемым литературным сообществом и давно распространилась раковыми метастазами по всему пространству российской финансовой и управленческой системы, продолжая отравлять своими миазмами отечественную культуру и социальную действительность. Пресловутый золотой телец является их подлинной религией и культурой, а сытое самодовольное существование на поте, крови и труде российских граждан – суть и смысл всей их гиперактивной деятельности.
Выдавая собственные комплексы неполноценности за философскую рефлексию, а продукты своей деятельности за высокохудожественные произведения, определённая категория сочинительской прислуги довольно успешно смогла пристроиться к картельным издательским монополистам и теперь никак не может освободиться от привычного механизма воспроизводства личного достатка – коммерческое издательство, книжная продукция, литературная премия и так по кругу.
Вместо того, чтобы принципиально отказаться от сотрудничества с книжными торгашами, данные сочинители продолжают кормить эту барахолку духа, превратившуюся сегодня в монструозного издательского монополиста, торгующего уже ни много ни мало – умами и душами людей, а вовсе не художественной литературой. Подобно экономике, подсаженной на нефтегазовую иглу сбыта, сочинители, подсаженные на иглу издательского конвейера по производству рентабельной книжной продукции, придумывают всевозможные оправдания собственной слабости и сделке с совестью, лишь бы продолжать издаваться и «быть в тренде».
Хотя, казалось бы, при появлении успеха можно использовать его на развитие конкурентоспособности небольших издательств, публикуя свои сочинения в них и выдвигаясь от них же на всевозможные литературные премии. Но нет, будучи закрепощёнными договорными сочинителями, эти «звёзды» ярмарки тщеславия продолжают настойчиво подпитывать монструозного издательского монополиста, тем самым укрепляя позиции антикультурной коммерческой структуры. Так проще и легче продолжать оставаться на плаву в медийном море информационных и развлекательных нечистот. Большая часть этих нечистот в виде книжной продукции о маньяках, психопатах, историй актёров взрослого кино издаётся не просто той же картельной издательской структурой, но на те же деньги, что выручены от продажи книжной продукции «литературных звёзд».
Здесь важно вспомнить, что капитализма с человеческим лицом не бывает по определению, но имитировать такую человечность вполне успешно удаётся уже на протяжении многих лет и картельной культэлитке-обслуге, и всем, кто включён в систему рвачества и наживы на труде и наивности других людей. Причём, чем более разобщено общество, тем большие прибыли получается извлечь из этого социального расслоения. Ни о каких подлинно гуманистических, общественных или демократических ценностях речи здесь идти не может, только рентабельность книжного рынка, оптимизация культуры, цифровизация образования (вспомним патентованного цифрового Германа Грефа) и прочие лукавые источники дохода для ловких получателей государственных дотаций под предлогом «важности» и «значимости» их сферы деятельности для российского общества. Сфера-то деятельности может и важна, да только с чего вдруг это стало основанием считать такой же безусловно важной деятельность дельцов от культуры в этой сфере?
Да, не все чиновники и книжные издатели пропитаны данной разлагающей идеологией, но надо признать тот факт, что этим пропитаны основные управленческие и идеологические механизмы, которые продолжают разлагать российское общество и разделять граждан единого государства на отдельных, эгоистичных и агрессивных друг к другу индивидов. Да что там говорить, многие до сих пор очарованы книжной писаниной сочинителей, которые продолжают лить воду на ту же самую поганую издательскую мельницу, производящую из года в год тонны «интеллектуальных» и «духовных» книжных испражнений.
Разумеется, сейчас осуществляются попытки разобраться с этим вопросом и хочется верить, что необходимый законопроект, позволяющий библиотекам производить ревизию и избавляться от книжной продукции сомнительного содержания будет разработан и принят. Но в том-то и дело, что «хочется верить», ведь та же самая, уже хорошо поднаторевшая в медиа-троллинге культ-обслуга сразу начинает верещать о каком-то там преследовании и вспоминать геббельсовские практики сжигания книг. На самом деле так они отстаивают и скрывают уже существующий тоталитаризм и ратуют за сохранение картельного сговора в области книжного бизнеса и не более (именно их деятельность и является геббельсовщиной, только более изощрённого типа).
Кто может поручиться, что вся эта многолетняя процедура библиотечных закупок не является итогом деятельности целого ряда коммерсантов и чиновников (вспомним Григорьева, Новикова и Ко), чьи финансовые интересы и государственные должности напрямую окажутся зависимы от подобных законодательных актов? Очевидно, что толстая стена противодействия любым законодательным инициативам в области культуры и просвещения напрямую связана с вышеуказанным сговором, а значит пробить эту стену окажется крайне тяжело.
Здесь важно найти те общие задачи, в решении которых необходимо действовать если не сообща, то в понимании общей цели, так как на кону стоит ни много ни мало – вопрос сохранения и дальнейшего существования отечественного поля литературы и культурного суверенитета современной России как единого, прогрессивного многонационального государства на карте мировой культуры. Как бы пафосно это ни звучало, но, судя по всему, именно так и обстоит дело.
Учитывая, что пространство современной России представляет для владельцев книжной индустрии и примыкающих к ним представителей госструктур лишь финансовый интерес, необходимо понимать, что получив свою ренту данная категория персонажей благополучно оставит родные берега, что уже сделали многие их дети. Ну и зачем нашему обществу такой книжный бизнес? Он необходим разве что в том случае, если общество современной России имеет суицидальные наклонности и этими наклонностями готово определять своё ближайшее (в данной ситуации совсем не такое длительное) будущее.
Иван ОБРАЗЦОВ
От редакции: Неспособность самостоятельного творчества, конечно, звучит обвинением актуальным и бодрящим для писателей, которых не берёт тот же АСТ (точнее — «та же» — ибо «Астрель» изначально), как мою «Верность и ревность» в 2011-м, например… Творчество-то наличествует, но издательства его боятся. Причём «не продадим» — самый простой способ отказа, есть посерьёзнее аргументация.
Ниже — фрагмент недавнего письменного диалога с человеком из небольшого издательства, которое печатает как раз тех, кого мы тут часто цитируем: французов-марксистов поколения Мишеля Фуко, например. Издательство с очень хорошей репутацией в среде прогрессивной интеллигенции — но даже оно не может себе позволить (не финансово! прежде всего политически) выйти за «флажки», расставленные регрессным режимом с 2022-го.
— Есть у меня Дневник, начатый аккурат с началом войны… Он ещё как неполиткорректен, само собой, но этим и ценен. Если прибавить к нему накопившиеся рассказики из неизданных — вполне может получиться книга. Издавать её надо максимально неформально — вот как тебе такая мысль? (Дневник пока не имеет точки, но по ощущению я его почти закончил).
— Дима, привет! Смотри, ну тут главное, чтобы мы оба не сели, конечно. А так я только «за» разумеется, было бы весьма интересно.
Так что полюс, обратный картелям и безволию — стол, самиздат, всё «как при тоталитаризме», когда внимание-то к литературному высказыванию только росло от «внимания» власти. Вот такие витки на спирали соцрегресса…
Д.Ч.
***
Литература отмирает,
Достаточно того, что есть,
Уже и это не читают
Давно, а это жесть.
Зачем читать, и так всё ясно,
Как где-то я уже сказал,
Тем более писать напрасно,
Всегда как будто бы я знал.
Не надо миру вечных мук,
Короче, полный завальнюк.
Гомер Шекспира не читал,
А Илиаду написал,
Тем более не знал Толстого…
Можно продолжить данный ряд,
Читать нет смысла никакого,
Поскольку чтение есть яд.
Немало я перечитал,
Но главного так и не знаю,
Как и всегда его не знал,
И ближе к истине не стал,
Как будто вовсе не читал.
Я это всё к чему склоняю,
Мир для меня как был загадкой,
Так и остался без остатка
Под нашим небом, как известно,
Пред тёмной мирозданья бездной.
Зачем всё только было нужно,
Я к чтению совсем остыл,
И чтение мне стало чуждо,
Что прочитал, я всё забыл.
К печатному открылось знаку
Во мне простое омерзенье,
Открылся мир, покрытый мраком,
И нету от него спасенья.
С тех пор я презираю чтенье.
***
Искусство в целом – заблуждение,
И это тянется давно,
Хотя прекрасно вдохновение,
Но заблужденье и оно.
литература не нужна,
и без неё полно говна…
***
Ивану Образцову
Литература не нужна,
Она не сделала мир лучче,
И как всегда, идёт война,
Только ещё круче…
Вот уже 25 лет после возвращения из Мексики наблюдаю, как Россия мексиканизируется: заборы везде, элитные поселения со всем необходимым для здорового образа жизни, цифровизация, карточки, оптимизация, литература — комиксы, полицаи с автоматами, наука — декорация, товары — китайские, ЕГЭ; гринго не любят, но все туда стремятся. … Что у нас впереди ещё может быть: ночью передвижение только в автомобиле с закрытыми окнами, фавелы — просил студентов сводить на экскурсию — так и не осмелились. На уличный рынок (тепито) одного не пустили, только в сопровождении двух магикан — братьев студентки. )))Думаю, что скоро районы типа Бутово голландской ПИКовой застройки-планировки в рассадники чего угодно превратятся.
Был один человек, который настойчиво сочинял тома о некоем Заратустре, но запомнился он в основном одной фразой — война должна продолжаться. Интересно, а как сегодня можно понимать эту фразу? Ведь всегда есть искушение поворачивать её и в одну, и в другую сторону.
Респект автору за статью! Заставила задуматься.
Троцкий, как можно серьезно относиться к фразе философа Ницше?! Наряду с Шопенгауэром, он положил начало регрессу философии, возведению на пьедестал субъективного, иррационального, стихии слепого подчинения.
Так об этом и речь. Примерно также, как и к постмодернизму, к этой фразе Ницше отнеслись серьёзно только ксенофобы и медиа-менеджеры.
«— Дима, привет! Смотри, ну тут главное, чтобы мы оба не сели, конечно. А так я только «за» разумеется, было бы весьма интересно».
Это вроде как известный ляп — денег нет, но вы держитесь.
Дорогой автор Иван Образцов, с тоскливой надеждой все жду серьезного размышления о тлетворном влиянии модернизма и постмодернизма на сегодняшних писателей. Негоже забывать про цикл работ Михаила Лифшица (очень известное: Почему я не модернист?) по этой теме. Основная мысль статьи «картельный сговор вредит хорошей литературе», вокруг которой тонна слов и оборотов, во многом верна, но недостаточна для объяснения текущих книжных реалий.
Поддерживаю ваше мнение. Правда, с уточнением: картельный сговор вредит не хорошей литературе, а текущему литературному процессу, его участникам и — главное — тем, кого до участия в нём не допускают. Хорошей литературе ничего повредить не может — она принадлежит вечности, даже в том случае, если сегодня не опубликована и, стало быть, мало кому известна.
Помимо выражения «основная мысль» в теории литературы и искусства существует, как известно, термин «идея». Мне представляется, что идея вашего коммента такова: лучше в пятый раз перечитать Михаила Лифшица, чем читать Образцова! Полностью согласен. С удовольствием повторю: читайте Михаила Лифшица, изучайте его с карандашом в руках!
Касательно того, что вся наша общественная жизнь — не только литературная — сегодня тлетворна, так кому это ещё не известно… Кажется, стихи сербовеликова являются прекрасным выражением сего факта.
А с мыслью о том, что Россия сегодня летит под откос соглашаются уже люди даже правых взглядов, что уж говорить о нас, левых.
От активистов левого движения на мою почту пришла просьба:
Обращение по уголовному делу Сергея Удальцова
Товарищи,
Сергей Удальцов осуждён к 6 годам строгого режима за публикацию, в которой, по ряду экспертиз, не выявлено признаков оправдания экстремизма. Обвинительный вывод основан на одной экспертизе, а сам Сергей несколько лет содержался в СИЗО до вынесения приговора.
Единственный легальный способ привлечь внимание к делу — обращения граждан к депутатам и надзорным органам.
Вы можете направить письмо:
депутату Госдумы по вашему выбору: https://priemnaya.duma.gov.ru/ru/message
Следственному комитету: https://sledcom.ru/reception
Генеральной прокуратуре: https://epp.genproc.gov.ru/ru/gprf/internet-reception
Пример текста письма (укажите адресата и подпись своими ФИО):
Прошу обратить внимание на уголовное дело Сергея Удальцова, осуждённого к 6 годам лишения свободы за публикацию, в которой отсутствуют признаки оправдания экстремизма.
В материалах дела имеются противоречивые экспертизы, при этом обвинительный вывод основан на единственной экспертизе, подготовленной структурой ФСБ. Сергей Удальцов длительное время содержался в СИЗО до вынесения приговора.
Прошу проверить законность и обоснованность действий, допущенных в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, в пределах Ваших полномочий.
С уважением,
(ФИО)
Примечание: Сергей Удальцов внесён в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга, что существенно ограничивает его гражданские права.
Я, конечно, направлю кому-то из депутатов, прошу и всех других присоединиться к этой акции — попытка не пытка.
Турчин: «В материалах дела имеются противоречивые экспертизы, при этом обвинительный вывод основан на единственной экспертизе, подготовленной структурой ФСБ.»
Эврика! Нашёл! Речь идёт о публикациях поддержку фигурантов дела уфимских марксистов. Сам Удальцов вину не признал и заявил, что его целью было выражение сомнений в обоснованности обвинений и защита презумпции невиновности.
Следствие посчитало ряд его высказываний оправданием терроризма. Защита настаивала, что речь шла о политической позиции, критике приговора и сочувствии людям, чья вина на момент публикаций не была установлена судом.
Четыре экспертизы: кто и каким выводам пришёл? В материалах дела находи лось четыре экспертных заключения.
Три из них указали, что:
— признаков оправдания терроризма в публикациях нет
— нет положительной оценки деятельности террористических организаций: тексты являются выражением политической позиции.
Такие выводы дали
— экспертиза Следственного комитета РФ
— экспертиза Министерства юстиции РФ;
— экспертиза Московского исследовательского центра.
Противоположный вывод со держится только в заключении Института криминалистики ФСБ, где усмотрели признаки оправдания терроризма. Именно оно стало основным аргументом обвинения.
Понятно, это же политический заказ сверху: топить оппозицию, топить левых! Не дай бог левые опять доберутся до власти!
А ещё говорят: современное наше государство не имеет идеологии… Ага, куда там… Идеология людоедов!
правка: …людоедства!
Мы же скоро все окажемся опять в пещерах: стремление к мировому господству ни к чему иному не приведёт.
«Ответить категорически, следует ли участвовать в земском соборе, нельзя. Всё будет зависеть от политической конъюнктуры, системы выборов и других конкретных условий, которых заранее учесть нельзя. Говорят, земский собор — это обман. Это верно, но иногда для того, чтобы разоблачить обман, надо принять участие в выборах».
Политическая конъюнктура сейчас такова, что в условиях сохранения в стране псевдо авторитетного, а по сути шоу бенихилловского правления, необходимо, не сыпать соль на раны, которые в изобилии наносит КПРФ безумно храбрым, но и, ))) слава Зю, который хоть гордо и не реет, но и не прячет уж совсем тело жирное в утёсах. А вот у метро газетки раздаёт! Враг будет разбит, победа будет за нами. Хочется, конечно, чтобы рано, но скорее получится поздно. Надо не дать прорваться «республиканцам» на первое оппозиционное «демократам» место в Думе.
«Надо не дать прорваться «республиканцам» на первое оппозиционное «демократам» место в Думе»
Вот это, честно скажу, Виталий, не постесняюсь, я вообще не понял, о чём.
Где же Люсильда, которая вступится за Образцова? ))) А вообще, Лифшиц довольно нуден и многословен, так что разницы между его пространными умствованиями и статьями автора сей статьи особой нет. Ну, разве что для Турчина, но это всё же частный случай деформации.
все премии отменить за исключением Государственной, вернуть гонорары, как было раньше (всегда)
))) Конечно! Союз писателей — это профсоюз!
Сербовеликов, отменить все премии, оставить только государственные, а вы думаете, что при нынешней системе координат это возможно? Пока есть в литературном процессе частный капитал, то и всяческие премии будут. Для увеличения продаж так сказать.
все эти премии, как и всякая мода, пришли к нам из запада. пора бы придумать что-нибудь своё.
Коля, зачем тебе своё, когда всё, что мы собой представляем — не видишь, что ли? — пришло с запада — от петровского бритья бороды до учения о коллективной власти трудящихся на соответствующей ей ступени развития производительных сил? А?
согласен, но хоть в чём-то надо себя выразить, а не слепо повторять чужое.
Слепо не надо. Потому и существует девиз науки: всё подвергай сомнению.
— Вот это, честно скажу, Виталий, не постесняюсь, я вообще не понял, о чём.
— Чтобы не остались в думе две буржуазные партии.
Понял.
Однако мне кажется, в народе преобладает справедливое мнение: в думе давно уже одна только партия, причём даже не буржуазная, а феодальная.
Надежда Кондакова когда-а-а ещё сочинила на этот счёт замечательную лирическую картинку (пожалуй, даже — лиро-эпическую):
ТРОЙКА
Интеллигенция, в норки забившись,
даже на кухнях реванш не беря,
смотрит растерянно, словно забывшись,
как олигархи идут в лагеря .
Мне олигархов не жалко нисколько,
да и они не жалели меня.
Но — бесшабашная русская тройка,
но — подковёрная эта возня…
Что ж вы глаза опускаете, тО есть
всё продаётся — и совесть, и честь?
Страшно небось, что продолжится повесть?
А ведь продолжится. Так то и есть.
P.S. «Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Центральном Комитете». Чем повествования, сюда же, о тех тройках, что выносили приговоры «десять лет без права переписки», согласитесь.
Кстати, вру… — Не всё, не всё, не всё!
Касательно последнего, известно, что Карл Маркс специально русский язык выучил для того, чтобы читать Н. Чернышевского в подлиннике — немало он взял от него, от его теорий, чтобы исследование капитала получилось истинным, а не ложным. Н. Чернышевский, на мой взгляд, — это самый умный русский человек за всю историю Руси великой. Хотя… Николай Гаврилович-то тоже был диалектиком, гегельянцем, а это опять же — запад.
Видишь, Коля, как всё неоднозначно закручено, а ты — своё, своё, своё…
Знаешь, как это называется… Партикуляризм? Изоляционизм? Шовинизм? Этноцентризм? — а ты спроси у И. Образцова, пользуясь случаем, уж чем-чем, по-моему, а всякой наукообразной терминологией он владеет отменно.
ты ему не уступаешь…
Да ну… А мне казалось всегда, что я всегда избегаю наукообразной терминологии, стараюсь писать популярно…
Александр Турчин, а как же Бакунин? Он-то наш, отечественного так сказать производства. Да и Запад от нас как раз Бакунина ведь ещё перенял, окромя Чернышевского.
А мы тут, кстати, интернационалисты. Тебе это, может быть, не подходит… задумайся о том.
Троцкому: Образцова защищать нет необходимости, он и сам, думаю, в состоянии за свои слова отвечать. А по поводу статьи, да, этот материал намного интереснее предыдущего. Цены на книги и тематическая изоляция — основной тренд, и это продлится дальше, даже если литпроцесс передадут в Минкульт. Григорьев слишком замазан со всем чиновничьим аппаратом, чтобы так просто сдать позиции. Да и детки у него давно за бугром проживают, тратят деньги российских налогоплательщиков на поддержание вражеской экономики.
Черный, оставь свой дневник при себе! Нам не интересна эта макулатура
Ванюша, дорогой, ты бы подписывался уже. Я понимаю что так исправно служишь хозяину, что задарма и флудишь — так смелее! Как батя твой боролся со «сталинщиной» в валютном ресторане — борись и ты с записями мыслей о войне 😉 только не как ноунэйм, а под своим именем — камОн!
Касаемо же макулатуры — спасибо за невольный комплимент. Ибо сперва текст должен переселиться на бумагу. Если даже этот этап будет пройден — дело сделано. Ибо там такое, что и в группе Сахарова твой батя-диссидент по уровню крамолы не говаривал 😉
Дмитрий, да пусть шифруется, вольному воля; мне, например, тоже такие, гавкающие из кустов, не интересны; вам он, как вижу, известен, не чужой, а я не знаю и знать не хочу.
Заключительные слова «От редакции» к этой статье И. Образцова: «Так что полюс, обратный картелям и безволию — стол, самиздат, всё «как при тоталитаризме»…» — Не в бровь, а в глаз! Истину не обманешь.
Со времён Гомера мир лучше не стал, судя по всему, лучше уже и не станет. Литература не нужна.
«Со времён Гомера мир лучше не стал…». Не согласен. Но спорить не буду.
«Литература не нужна». Интересно, а почему ты ею занимаешься? По инерции, что ли?
по глупости…
по невежеству, по бездарности…
Соглашусь по поводу письма в стол и самиздата, сегодня на это требуется реальная и осмысленная воля. Только вот кушать хочется, а вкусно кушать хочется тем более, поэтому сочинять в стол могут себе позволить либо те, у кого на столе сытно и богато, либо чистые революционеры-романтики. Самиздат же, это иной подход, здесь без каких-нибудь средств печати и методов распространения никак не обойтись.
P.S.
Литература не нужна,
Она не сделала мир лучче,
И, как всегда, идёт война,
Только ещё круче.
Искусство в целом – заблуждение,
И это тянется давно,
Хотя прекрасно вдохновение,
Но заблужденье и оно.
***
Я должен быть миллиардером
После того, что наваял,
Но остаюсь я нищим хером,
А это всё, считай, пропал.
Я должен быть миллионером
После всего, что наломал,
И думаю, какого хера
Так миллионером и не стал.
Но, главное, миллионером
Себя в России ощущать,
Короче, истинным быть хером,
Вокруг всё на хер посылать,
Как Пушкин, Гоголь, Лермонтов,
Без лишних слов,
Как Путин, Трамп или Шумахер…
Короче говоря — всё на хер.
Живу я, как миллионер,
Короче говоря — как хер.