Как из прораба СССР делали маньяка

Что мы знаем про Лаврентия Берию? Правильно: что он расстрелял всех в 37-м, что изнасиловал тысячи школьниц чуть ли не прямо на Мавзолее и что совал их трупы в камнедробилку. Если существует в отечественной истории крупный деятель, которого просто стёрли и нарисовали поверх жуткую карикатуру, – то это именно Л.П. Берия.

Немало поспособствовал мифологизации его образа вроде бы совсем не о нём, а «по мотивам хрущёвских демонизаций» Берии снятый фильм «Покаяние», который завершён был до перестройки, в 1984-м, и сразу угодил «на полку», но вскоре, по желанию Шеварднадзе и Горбачёва, оттуда был извлечён и попал в широкий прокат, стал политическим событием. В финале фильма Тенгиза Абуладзе, напомним, сын вытаскивает пролежавшего там примерно месяц «Берию» из гроба и швыряет на растерзание воронам…

Берия, который был

Реальный Лаврентий Берия – это тот редкий случай, когда даже Википедия объективнее общеизвестных мифов. Родился в бедной крестьянской семье, но по желанию и на последние сбережения родителей получил инженерно-техническое образование. Социал-демократическое подполье, борьба с меньшевизмом, революция, разведывательная и контрразведывательная работа, партийная деятельность в Закавказье до конца тридцатых годов, подъём нефтедобывающей промышленности региона. Кстати, именно под его руководством в 1930-е годы нищая провинция Российской империи превратилась в солнечную и зажиточную Грузию. С эффективным агрокомплексом, развитой промышленностью, туристическими кластерами – в общем, в тот светлый образ южной республики, который памятен нам с советских времён. Грузинский чай (тот самый, в пачках-кубиках), новые, европейские сорта винограда, лимоны и мандарины — всё это там стали в промышленных масштабах выращивать по инициативе научно ориентированного, начитанного о субтропиках Лаврентия Павловича.

Кстати, это всё тот же Лаврентий Берия за несколько лет пресёк на Кавказе диверсионную активность всевозможных абреков, выступавших против вхождения республик в СССР, ещё в 20-е годы. Многие помнят по антисоветскому пасквилю Фазиля Искандера на Сталина «Сандро из Чегема», что и сам Коба был когда-то таким абреком — так вот верно, и он, и легендарный Камо, и Берия в младые годы проводили эксы для революции, для победы над буржуями, а не наоборот. Потому они же знали, как надо бороться с антисоветскими элементами там — грузинскими, абхазскими и менгрельскими (Берия был менгрел) националистами, дашнаками и прочими сепаратистами.

В 1938 году – перевод на работу в Москву. Наркомат внутренних дел СССР Берия возглавил (запомним эту дату) 25 ноября 1938 года. Чуть раньше (22 августа) он стал заместителем Ежова – и три месяца фактически принимал дела. Создал в НКВД архивы. Каждый следственный документ нумеровался и сохранялся теперь. Ирония истории в том, что все «мемориалы» и прочие обвинители Берии в репрессивности — имели доступ к архивам КГБ, которые он там и завёл.

И вот наступает конец ноября 1938 года. Берия на новой должности. Чем занимается он и подчинённый ему НКВД в 1939-40 годах помимо текущей работы? Пересматривает дела 1937-38 годов, выпускает осуждённых, в отношении которых следствие допустило «ошибки», освобождает задержанных, дела которых не успели передать в суд. Этот период репрессий, начатых по решению «Съезда победителей» (что важно отметить — оттуда же, с трибуны съезда 1934 года родом и термин «ре-прессия», то есть ответ на прессинг классового врага через его союзников в крестьянстве, партии, армии), тогда же окрестили ежовщиной.

Немецкий агент как раз с того, 1934 года (завербован был во время лечения от алкоголизма в Германии, «на медсестре», как он сам следствию и рассказал в подробностях), бывший аппаратчик ЦК ВКП(б) Николай Ежов «подмешивал» к виновным невиновных, в целях дестабилизации политической обстановки, для подрыва доверия партийцев ЦК ВКП(б) и чекистам. Целью был в пределе «дворцовый» переворот, приход его самого на место Сталина, которого и предполагалось обвинить в «перегибах», пик которых пришёлся на 1937-й год тот самый… Ежовщина по сути сформировала негативный образ внутрипартийных и армейских предвоенных чисток, что поныне используется антисоветчиками как аргумент против большевиков вообще (хотя это было вредительство чистой воды). Но вернёмся к Лаврентию Павловичу, который как раз по свежим следам ежовщину выводил на чистую воду — и самого его, кстати, к расстрелу вывел в 1940-м (то есть и тут не спешил с казнью, занятый расследованием/изучением всей паутины вредительской работы предшественника).

Оценки этой первой бериевской реабилитации расходятся: от 150-200 тысяч до 279 тысяч человек. В целом до начала Великой Отечественной войны под руководством Берии чекисты успели пересмотреть около миллиона обвинительных приговоров. Из них примерно половина признаны либо совершенно необоснованными, либо необоснованно суровыми. Ежовщина, как и было сказано. Яков Этингер, фигурант «дела врачей», вспоминал:

«В определённых кругах общества у него [Берии] с тех пор была репутация человека, восстановившего «социалистическую законность» в самом конце 30-х годов».

«Вот, дело врачей!» – вспомнит кто-то. Но штука вся в том, что с конца декабря 1945 года Л. Берия больше не руководит НКВД. Министерство внутренних дел он возглавит вновь только 5 марта 1953 года (наркоматы к тому времени станут министерствами), в день кончины его старшего товарища, учителя и работодателя. Назначало тогда «коллективное руководство» — то есть и здесь не прослеживается той брутальности и «жажды власти», кторую приписывали мифологизированному Л.П.

Первым делом, вернувшись в родное ведомство, Берия издаст приказ о пересмотре «дела врачей» (у которого, конечно, была фактическая часть, но были и гиперболы — тут надо вспомнить и других врачей, которые под контролем другого немецкого агента, Ягоды так залечили прогулками больного застарелым туберкулёзом Горького, что тот скончался куда скорее, чем мог бы). И о пересмотре «авиационного дела». И представит проект широкой амнистии более 1 млн заключённых, отбывающих наказание за незначительные преступления.

В перестроечное время это станет поводом для очередного обвинения: уголовников и бандитов выпустил, а «политических» всех оставил. Знаменитая кинокартина «Холодное лето 53-го» этому сильно поспособствует, хотя основан фильм вовсе не на фактах, а скорее на настроениях шаткой интеллигенции, по приказу Горби, Яковлева и Шеварднадзе впавшей в патологическое «Покаяние». Помните финал «Холодного лета» — очки героя Папанова на столе отрекшейся жены и старческий бессильный плач её?.. До разборов ли реальной вины репрессированных было тогда, когда сами азы социализма пересматривались? Может, вообще все жертвы были напрасны, может, капитализм — «честнее»?..

Кстати, именно подобная абсурдная противоречивость обвинений Берии (виноват, что сажал, виноват, что выпускал), рождающая абсурдный же образ властного самодура, почему-то принимаемый обывателем на веру, – едва ли не главный признак мифологизации реальных событий. А началась она как раз сразу же после убийства министра в 53-м и достигла апогея к 1960-м…

И ещё кое-что. Нарком внутренних дел до войны, в 1940-41-м разгребает наследство Ежова и организует т.н. «шарашки» из специалистов, которых невозможно освободить немедленно. Казалось бы, зачем ему это? Он же только расстреливал и сажал, сажал и расстреливал? Или о строительстве технической, важнейшей для будущего базы социализма в конструкторских бюро всё же находил время подумать, имел даже некий научный образ коммунизма?

Неужели перед нами не палач, а убеждённый большевик-революционер? Понимающий, что «кадры решают всё», готовый спасать из-под топора ежовщины, из-под следствия или уже из тюрьмы ценные для науки и страны кадры. Не так ли был спасён и Королёв, не устававший за себя бороться письмами из заключения? А под лежащий камень-то вода и не потечёт…

Служебные обязанности

С марта 1941 года в его сферу ответственности отходят лесная, угольная, нефтяная промышленность, а также цветная металлургия. Тогда же он разработал самую эффективную систему труда: Метод Повышения Эффективности (труда) — МПЭ. Сталинская социалистическая артель, колхоз, бригада, КБ получали заказ от госструктур за конкретную стоимость. Заработок распределялся между участниками поровну, либо с коэффициентом участия — все вопросы решал только коллектив, никто «сверху» не вмешивался.

Внедрил в армии и правительстве новую передовую защищённую связь до войны. Превосходно наладил внешнюю разведку периодически лично делая облёты вдоль государственной границы в июне 1941 года, изучая скопления войск вермахта. Руководил пограничниками, которые, практически все погибнув, задержали нацистов в первые дни войны. Защитники Брестской крепости — это так же и пограничники, бериевские подчинённые, войска НКВД.

Создал первым снайперское дело (до войны). Командировал в армию своих снайперов из НКВД и показав их эффективность в бою, сумел доказать генералам и лично Жукову, эффективность снайперов в армии.

С начала войны (или с начала февраля 1942 года, данные разнятся) у него на контроле танковая промышленность. Сталин поручал ему самые актуальные и трудные участки работы, и Берия ни одного поручения не проваливал, везде достигал ожидаемых успехов. Организовал оперативную перевозку стратегически важных заводов на Урал и в Сибирь в условиях войны.

В 1942 году занимается обороной Кавказа. С 1943 года – атомный проект. С мая 1944 по сентябрь 1945 – ещё и зампред Государственного комитета обороны (производство самолётов, миномётов, отдельных видов вооружений – теперь это тоже проходит через него). Представляете себе мрачного палача в пенсне в столь трудоёмкой, только креативно, нестандартно мыслящему партийцу подвластной разнородой деятельности?

Чем ещё был занят Берия? Во-первых, приоритетно, упомянутым атомным проектом. Не только курированием создания первой бомбы – комплексным созданием того, что позже получит название Министерство среднего машиностроения. Создавать плавучие атомные электростанции, силовые установки для АПЛ и космических аппаратов, проектировать и строить АЭС в России и за её пределами, – всё это мы можем благодаря Минсредмашу, с некоторых пор известному как госкорпорация «Росатом».

Одновременно, во-вторых – «Спецкомитет №2». Разработку зенитно-ракетного оружия, средств ПВО и будущий космический проект также курировал Берия. В сферу его ответственности входило т.н. КБ-1, занимавшееся разработкой зенитно-ракетных комплексов. Один из наследников КБ-1 сегодня известен как концерн «Алмаз-Антей», выпускающий ЗРК серии «С». Наиболее современный из производимых комплексов этой серии (С-400) сегодня прикрывает группировки ВКС РФ.

Мы совсем забыли, что и строительство всех столичных восьми (их было изначально столько — смотрим на первую иллюстрацию, это Наркомтяж, который после 1953-го разобрали, а при Брежневе на его стилобате выстроили гостиницу «Россию») высоток курировал Лаврентий Павлович. Особенно внимательно следил за возведением МГУ, где учиться предстояло тем, кто будет жить и работать в коммунистическом обществе.

А потом скоропостижно умирает И.В.Сталин, наступает холодное лето 1953-го, и Берию, по официальной версии, арестовывают. Потом, по официальной версии, судят. И уже зимой, по официальной версии, расстреливают. Хотя с учётом отсутствия каких-либо доказательств реальности этого закрытого процесса – есть все основания полагать, что начали всё-таки с расстрела, который потом полгода «оформляли». Елена Прудникова в книге «1953. Роковой год советской истории» предполагает, что Лаврентия Павловича застрелили при задержании в Кремле или же в его особняке на улице Качалова, который был оцеплен со стороны площади Восстания танками (!) в тот летний день.

Член Специального суда, якобы судившего Берию, Николай Шверник позже скажет его сыну:

«Серго, я не хочу рассказывать тебе о деталях, но живым твоего отца мы не видели».

Впрочем, эти процедурные подробности не меняют реального факта: в 1953-м Берии не стало.

Разлом внутри «коллективного руководства»

Это убийство было результатом, венцом той борьбы за власть в ЦК КПСС, которая развернулась 5 марта, сразу же после слов Лаврентия Павловича, прозвучавших в опустевшей ближней даче Сталина: «Хрусталёв, машину!» Всеволод Кочетов писал в романе «Чего же ты хочешь?», что чёрные ЗиМы членов ЦК с кунцевскй дачи ехали тогда наперегонки, без былого товарищеского почтения друг к другу…

Да, пресловутое коллективное руководство вовсе не было едино, и в своём вновь обретённом министерстве сталинский нарком (теперь — министр) имел массу компромата на горкомовца Хрущёва аж с 1937-го, по линии им же раздувавшихся в Москве и Подмосковье репрессий. На расстрельных списках Хрущёва Сталин неоднократно писал резолюции в духе «Никита, уймись!» — зная его лакейскую натуру, желание бежать впереди паровоза. К делам искуссно Ежовым вплетённых по наводке Хрущёва во всевозможные заговоры, блоки и центры — были подшиты письма заступничества, причём не только родни… Досье на главного подельника-поставщика жертв для Ежова набралось внушительное.

Та самая ежовщина, которую отследил внутри необходимых предвоенных чисток Сталин в 1938-м, и потому призвал себе на помощь проверенного, хорошо ему знакомого по подполью ещё товарища из Грузии, теперь, после смерти вождя обретала новые смыслы и последствия. Вопрос вставал ребром: кто кроме Ежова ответит за этот фатальный для доверия партии перегиб? Сталин в 1947-м даже на Политбюро говорил об этом: «Если мы ошиблись, не поздно покаяться»…

Если б все хранящиеся в архиве МГБ составленые Хрущёвым репрессивные списки с критическими пометками Сталина, с подписями Ворошилова, Кагановича, подчёркиваниями и особыми мнениями Молотова и Берии (членов ЦК) всего лишь были бы опубликованы, преданы огласке — как полагаете, долго бы Хрущёв оставался в ЦК и вообще в КПСС? Кстати, о давней его личной дружбе с Ежовым в ЦК и МГК КПСС все знали и без каких-то документов — оба были простоваты, малограмотны, в быту веселы и «по-партийному» беспощадны к своим личным врагам, часто путая их с врагами классовыми.

Лаврентий Берия за всё брался обстоятельно, он распорядился установить «жучки» в кабинетах подозреваемых в излишнем репрессивном усердстве в период ежовщины и после войны, тем более что пересмотр им «дела врачей» и прочих дел предполагал такой метод расследования: важно было не просто сами бумаги изучить, важно было понять, кто и где, в каких кабинетах «перегибал» и зачем, в какой подковёрной борьбе. Хрущёв о слежке узнал, рассвирепел, догадался, куда может тянуться такая ниточка и решил обогнать министра в его намерениях. В союзники взял маршала Жукова, отсюда и танки на площади Восстания и у Большого театра в день задержания и, скорее всего, убийства Лаврентия Павловича.

Поскольку о «жучках», о прослушке кабинетов и телефонов узнали от Хрущёва все в ЦК, то они тотчас и оказались на его стороне — против самого достойного из преемников Сталина. С его-то всесторонними знаниями, с его-то организаторской хваткой, начитанностью и смелостью, конечно, в новые вожди первым кандидатом был Берия. Он не только одеждой выделялся на похоронах вождя: весь в чёрном, настоящий траур не фоне остальных членов ЦК, прочувствованная, политически глубокая, искренняя и серьёзная речь, в которой впервые прозвучало словосочетание «прогрессивное человечество»…

Хрущёв устранял не просто того, кто знал все его фатальные ошибки в период ежовщины, он устранял главного конкурента в борьбе за первое место в ЦК. Что блокировался с ним Жуков — неудивительно, он тоже имел грешки в период вывоза трофейных ценностей из Германии, и кто, как не Берия вёл им подробный счёт? В итоге как политический игрок Берия был устранён, причём с той беспощадной лакейской хрущёвской грубостью, которая позже выплеснется и в борьбу с «культом личности»: вопрос о собственной ответственности за хрущёвщину-ежовщину он решил радикально по принципу «сам дурак».

Во всём, конечно же, виноват удерживавший его от расстрельной кампанейщины мёртвый Сталин, давайте сносить нами же открытые его памятники!.. Приплюсовав Берию к Сталину, Хрущёв получал пропагандистский образ двуликого грузинского монстра-чекиста, на которого вполне можно было взвалить его же, гражданского, вину. А ведь это он первым пошёл на поводу у Ежова… Но без наркомовской логики и осведомлённости Берии распутать этот клубок будет очень сложно. «Сталинщиной» такие враги народа, как Александр Яковлев, обозвали ежовщину после ХХ съезда КПСС (вернее, последовавшего за ним закрытого доклада), на том и успокоились.

Не министр-полиглот, но монстр-педофил

И вот на месте реально существовавшего, хорошо знакомого всем членам ЦК человека был хрущёвской пропагандой нарисован новый — тот, которого мы знаем. Вернее, нет. Сначала в партийной печати был нарисован «британский шпион, вредитель и развратник», имевший «десятки любовниц» (см. уровень загрузки наркома Берии выше – само собой, у него оставалась куча времени на разврат и веселье), что, видимо, по мнению блюстителя морали Хрущёва усиливало вину Берии по предательству родины. Его, собственно, как шпиона и «расстреляли».

И уже потом, когда страх обличения как передовика ежовщины у Хрущёва развеялся, а всерьёз обвинять отца советской военно-технической мощи во вредительстве и шпионаже стало как-то странно, пришёл черёд «культурку вешать на сухую штукатурку». Тут уже второе поколение «хрущёвцев-победителей», шестидесятники сделали без суда и следствия убитому маршалу новый ребрендинг.

Забавно, как в 1962-м вклинился уже этот, стопроцентно негативный, образ Берии в поэму Андрея Вознесенского о Ленине «Лонжюмо»:

(...)

Раз!— по тюрьмам, по двуглавым —
ого-го!—
Революция играла
озорно и широко!

Раз!— врезалась бита белая,
   как авроровский фугас —
      так что вдребезги империи,
         церкви, будущие берии —
раз!

Ну играл! Таких оттягивал
«паровозов!» Так играл,
что шарахались рейхстаги
в 45-м наповал!
Раз!..

Это Вознесенский описывает, как Ленин во Франции играл в городки. Буквально, генерально «ударим Лениным по Сталину» (подлый перестроечный принцип идеологической и «имиджевой» ревизии, который позже раскроет Яковлев) — но в данном случае, в воображении поэта, Ленин как бы сметает неверных, порочащих Октябрь своих последователей… То есть и атомная гонка, в которой Берия успел, и вся вполне в духе школы в Лонжюмо построенная деятельность наркома, маршала, министра, по мнению Вознесенского — битые городки, неверные импликации из Революции! Тут есть, что проанализировать.

Формально, поверхностно, вроде бы верно: поставленный почему-то в ряд с символизирующими царизм и невежество церквями (это будущий автор-то «Юноны и Авося», пропитанной церковными хоралами и ладаном рок-оперы пишет!) Берия не был в партшколе в Лонжюмо, что помещалась в каретной мастерской (столь немного было учеников) на той же улице, где Ленин обитал в маленькой комнате. Зато в этой школе был Серго Орджоникидзе, ближайший кавказский соратник Сталина и Берии. Но задумаемся: что в деятельности Орджоникидзе в 1930-х отличалось от деятельности Берии?

Да ничто! Оба с большевистским азартом на разных постах вкалывали в ходе индустриализации и строительства социалистического базиса — а именно этому учил Ленин их поколение партийцев в Лонжюмо. Так чем же Берия хуже Орджоникидзе? (У которого сдали всё же нервы от перегрузки работой, и он покончил с собой — многие «горели» на своих рабочих местах тогда) Наоборот, Лаврентий стальнее оказался, а только такие сталинские технократы и вели деятельно к коммунизму, не словом, а инфраструктурным заделом. Но шестидестяникам-эстрадникам такие ученики Ильича уже не подходили — благо, главный-то, подлинный «прокачиватель» ежовщины уже выдал им готовенькие образы новых «врагов народа».

Ирония судьбы в том, что Вознесенский под каблуком и в квартире своей нелюбимой жены Богуславской до конца дней жил в высотке на Котельнической, которую не только при строительстве курировал Берия, но во дворе которой во время этого строительства располагался маленький «лагпункт» Гулага (чернорабочих), и часть дома отошла поначалу чекистам (позже, после «развенчаний» 1953-го, их квоты квартир перехватил Жуков и Минобороны). Но сейчас эту пропагандистскую подменку трудно не разглядеть: эгоистично-похотливый «враг народа», а не самоотверженный отец-основатель атомной отрасли, стальной, но при том вдумчивый и гуманный чекист…

Вот этот образ мы знаем точно. Мрачный, застёгнутый наглухо в плащ, лысый дядька в пенсне и шляпе, ездящий в чёрном автомобиле по Москве и высматривающий своих юных жертв в школьной форме. Эти, художественные уже, слухи по Москве распространялись удивительно прытко! Якобы в конце 1940-х и начале 50-х даже ходить по улице Качалова старшеклассницам родители не рекомендовали вечером: мало ли, с балкона своего увидит…

Центральный персонаж всего антисоветского печатного и кинематографического трэша (трэша были выпущены сотни единиц, мы не в состоянии вспомнить их все). Любитель женщин, не принимающий отказа ни от кого. Заметим, что все кино-берии насилуют, не снимая пенсне и чёрного плаща – что не только странно, но и физически крайне сложно. Образ имел популярность у пьющих писателей!

И вот молодой писатель и будущий певец «капитанов российского бизнеса» (его выражение) Василий Аксёнов детально-порнографично описывает, как «Берия» насилует очередную малолетнюю школьницу, хищно обнюхивая её бельё. Откуда в семье Аксёнова появились такие интимные подробности вкусов маршала и министра — страшно и подумать… Тут, видимо, всё дело в том, что мама у Аксёнова сиделая, а за мать в отместку (ибо душка Хрущёв же объяснил: во всём виноват Сталин!) кто ж не выдумает чудище пострашнее набоковского волосатоногого Гумберта Гумберта?

И вот треш-газета «Аргументы и факты» аргументирует фактами в 90-х, когда тешившие ранее слух застрельщика этой кампании Хрущёва слухи обрели небывалую мощь:

«Местные жители, инстинктивно приглушая голос, рассказывали ужасы о творившемся на территории старинной усадьбы. Когда рабочие раскопали котлован для теплоцентрали на улице Качалова (так в советское время называлась Малая Никитская, — прим. ред.), наткнулись на… кости. Общая могила относилась ко временам сталинских репрессий. Но чем ближе котлован подбирался к особняку, тем больше скелетов откапывали.

Так и слухи об изнасилованных Берией и убитых по его приказу женщинах получили косвенное подтверждение. Как повествует в своей книге о Л. Берии Антон Антонов-Овсеенко (диссидент, антисоветчик, потомок репрессированного военачальника Октября, — прим. ред.), в подвале особняка нашли камнедробилку, с помощью которой, по всей видимости, измельчали останки убитых маньяком в пылу его страсти женщин перед их спуском в канализацию. По другим источникам, во дворе усадьбы был оборудован небольшой крематорий, в котором сжигались тела жертв палача-женолюба».

Слух о камнедробилке, слух о крематории, а жители приглушают голос. Вы прослушали, в сущности, все исторические свидетельства об убийце и насильнике. Кстати, трубу «крематория» можно увидеть и сейчас — там посольство Синегала. Это обыкновенная высокая труба собственной котельни, какие были у всех особняков конца 19 — начала 20 века внутри Садового кольца. Большинство из них было передано в 1920-х под посольства, но в некоторых со своими большими семьями жили архитекторы, писатели (Горький, Толстой), артисты и высокие партийные деятели (Берия, Вася Сталин).

…Причины этой беспрецедентной со времён вполне порядочного короля Англии Ричарда III (ну и, пожалуй, великого музыкального педагога А. Сальери) подмены реально существовавшего человека карикатурным мифом очевидны. Заказчиками и соавторами карикатурного мифа были заговорщики, совершившие переворот в руководстве страны. По понятным причинам наделить проигравшего самыми инфернальными чертами для них – было частью собственной легитимизации, смываемым с них страхом ответственности за соучастие в ежовщине.

Справедливости ради зарегистрируем ещё один миф – точнее, контрмиф, имеющий ничуть не больше реальных оснований, чем официальная версия. В этом контрмифе существует не «маньяк и убийца», а добрый дядечка, насквозь поражённый гуманизмом. Образ, конечно, похвальный – но он тоже слабо вписывается в реалии своей жестокой, триумфальной и великой эпохи.

Что касается женщин, то действительно в том особняке они бывали, и их туда привозили порой чёрные ЗиМы. Но что это были за женщины? Это были советские балерины, которых маршал, как ранее и всесоюзный староста Калинин, любил наблюдать из правительственной ложи в Большом театре, а дома угощал шампанским. И, как рассказывали они потом сами соседкам по дому Большого на Каретном ряду, оставаться ли там плясать на столах ночью — решала каждая сама за себя. Такие по духу и стилю жизни, как Плисецкая, например, запросто оставались… Живыми возвращались все, но вот слава лёгкого поведения тоже от них потом не отставала.

Вместо послесловия

Мы живём в свободной стране. Можно быть сталинцем. Можно им не быть. Не нужно быть сталинцем, чтобы признавать великим полководцем маршала Георгия Жукова. Не нужно быть сталинцем, чтобы признавать великим писателем Михаила Шолохова. И не нужно быть сталинцем, чтобы считать великим советским технократом, прорабом СССР Лаврентия Берию.

Иван ЗАЦАРИН, Виктор МАРАХОВСКИЙ